Аргилай. Возвращение домой.

Хадол задыхается под пятой узурпатора! Король должен уйти или сдохнуть! Юг протянул нам руку помощи, безмозглый ты осел!

- Руку помощи? – сквозь зубы переспросил Аргилай и зло прищурился. – Ту самую руку с оружием, что сразила ополчение Тильбона? Ту самую окровавленную руку, что оборвала жизни молодых ребят, шедших на помощь Фельдбону? Ту самую руку, что сжимала молот, которым хотели прибить к кресту мою наставницу и тебя. Или никто не собирался прибиваться тебя, изменник? А? Может, и в турнире ты участвовал, шакал? Так вот кто крыса, что искал принц Габриэль! Гнусный лжец! Ты только и делал, что врал всем.

Врал мне! – в ярости вскричал герой Драгана и вскинул над головой длинный меч с вороненым клинком.

Внезапная атака в тыл, которую никак не ожидали южане - сделала свое дело. Зажатые в клещи между головорезами, привыкшими убивать на своих улицах и могучей стражей центральных врат, черносливы не смогли оказать долгого сопротивления. Оставшиеся в живых, бросили оружие и сдались на милость победителей.

- Это наш город! Это наш город! – радостно скандировали те бандиты, кто не был занят обыском трупов и изъятием ценностей у пленных.

Когда-то белоснежная мостовая площади перед воротами теперь изменила свой цвет. Мертвые тела и отсеченные чернокожие конечности, валялись в кровавых лужах. Костер из самогона и остатков разбитых бочек, почти догорел. Сонно тлела телега. Из подворотен выползали щупальца белой мглы. Туман спешил скрыть, за своей мутной завесой, кошмарные подробности состоявшегося побоища.

Увидев, что битва проиграна, рыцарь Медвежьего Озера, отбросил свое оружие и грохнулся на колено, звякнув по мостовой стальным наколенником.

- Сдаюсь. – сникнув, прохрипел сэр Ричард Мерри. – Я не врал тебе, Камень Ярости. Не врал. – повторил он. – Я не участвовал в турнире в честь праздника Ночи Открытых Сердец в Тильбоне. Я судил этот турнир. Прошу тебя: пощади.

- Ты смеешь просить пощади, после всего того зла, что совершил? – поразился Аргилай, слегка опуская меч.

Лаи не успел нанести удар до того момент, как заговорил с противником.

И теперь, во время разговора, это стало чуточку сложнее. Ведь одно дело убить противника в горячке сражения, а совсем другое – зарубить безоружного, приклонившего колено. Роль палача для Аргилая была в новинку, и он опасался напортачить в первый рабочий день.

Рыцарь Медвежьего Озера тяжело вздохнул, как человек уставший от всего происходящего вокруг.

- Зла? – переспросил он. - К-ха… что зло одним, другим благо.