Аргилай. Возвращение домой.

Юноша попытался откатиться в сторону, чтобы спастись от ударов, но, стоящая рядом бочка, помешала отчаянному маневру. Тогда Лаи прижал ноги к животу, и выставил перед собой арбалет, как последнюю попытку защиты. Ударов не последовало. Несколько белых росчерков, громкий свист и южане свалились, как подкошенные.

Эльфы, более не опасаясь попасть в союзников, получили возможность прицельной стрельбы по противникам, оккупировавших крыши фургонов. Белый шквал музыкальных стрел обрушился на врага, прошивая кожаные доспехи насквозь и сметая врага на землю.

На несколько долгих мгновений стало казаться, что чаша весов вновь качнулась в сторону остатков войска севера. Баррикада, с трудом, но все же держалась. Стрелки Зеленого леса разили из своих бронебойных луков без промаха, а запасы стрел у эльфов явно не собирались заканчиваться. Еще немного поднажать, еще немного продержаться и победа станет не призрачной мечтой, а вполне объективной действительностью.

Но в этот момент над полем боя вновь глухо, протяжно и пугающе взревел сигнальный рог Хадна-ара.

Его сумрачный звук зловещим предзнаменованием проник в грудь каждого защитника баррикады, заставив сердца замереть. А когда вой рога смолк, земля задрожала от сотен копыт.

Глава 13. Смерть героя.

- Чудовища! – задыхаясь от ужаса, завопил кто-то из северян, указывая грязным дрожащим пальцем в сторону неприятеля.

- Крылатые люди! – панически закричал еще один голос.

Держась рукой за бочку и продолжая попытки зарядить арбалет, Аргилай медленно поднялся на крыше фургона во весь рост и посмотрел в ту сторону, куда сейчас было направлено общее внимание.

На юг.

Там, у самой линии свинцового, затянутого тучами горизонта, четко вырисовывались темные силуэты. Разрезая широкими черными крыльями дымку дождя и низко стелясь над землей, в сторону баррикады несся клин крылатых фигур.

Эльфы на холме опомнились первыми. Сверкнув полированной броней из листовидных пластин, стрелки вскинули свои бронебойные ростовые луки, натянули тетивы до острых ушей и одновременно выстрелили.

К грозовому небу вновь устремилась стая музыкальных стрел с белоснежным оперением, а за ней еще одна и еще. На новоявленного противника посыпалась гибель. Но ни одно крылатое чудовище не упало, ни одно не остановилось. Высекая искры, эльфийские стрелы отскакивая от черной, как глухая ночь, брони, не причиняя вреда.

Паника и суеверный ужас, словно пламя по сухой траве, пронеслись по защитникам баррикады.