Месть амазонки

Обними меня, и давай просто полежим молча, не думая ни о чём и не впуская прошлое в наше настоящее. Только ты, и я, - тихо прошептала Лин, пытаясь уложить его на матрас.

Медленно откинувшись на набитую соломой подушку, Тигр прижал девушку к груди, и прикрыл глаза. Лин положила голову ему на грудь, и затихла, слушая, как гулко стучит его могучее сердце. Его рассказ вселил с её сердце настоящий страх. Страх, за него, за его будущее, за его жизнь. Пережить такие ужасы, и при этом остаться нормальным, живым человеком, не ожесточившимся на весь мир монстром, ей казалось невозможным.

Но это было так.

Он ненавидел колдунов и только одно единственное племя, которое уже уничтожил. Он хотел только одного, отомстить за свою семью, и попытаться начать жизнь заново. Ей вспомнилось, как он говорил своему коню, что придёт время, и они уйдут бродить по земле с караванами. Как бы то ни было, но он мечтал о том времени, когда освободиться от своей клятвы.

Поняв это, Лин неожиданно для себя обрадовалась. Теперь она точно знала, что её воин хочет жить.

А значит, свершив свою месть, он останется с ней. Или она уйдёт с ним. Не важно куда, как, за чем, но они будут вместе. Будут, просто потому, что они созданы друг для друга. Он её мужчина, а она, его женщина. Это есть, и это правда. Они должны быть вместе, и они будут вместе.

С этими мыслями девушка незаметно для себя задремала. Паланг продолжал лежать, прижимая её к себе. Скорее почувствовав, чем, услышав, как изменилось её дыхание, он осторожно прикрыл Лин одеялом, и попытался уснуть сам.

Но сон бежал от него. Перед глазами то и дело вставали разные картины из прошлого, словно мало было того, что он и так прекрасно помнил каждый день, прожитый в рабстве.

Неожиданно, Лин вздрогнула и тихо застонала во сне. Её нежные руки с неожиданной силой сжали грудь воина. Она снова вздрогнула и беспокойно зашевелилась. Паланг понял, ей сниться кошмар. Нежно обняв подругу, он принялся осторожно дуть ей на вспотевший лоб. Так, когда-то делала его мать, прогоняя снившиеся ему кошмары.

Постепенно, девушка успокоилась, её нахмуренные брови разгладились, и она, нехотя повернувшись на бок, снова уснула. Но на этот раз, уже спокойно. Медленно отодвинувшись, Тигр бесшумно поднялся на ноги и, проскользнув к столу, взял кувшин с вином. Сделав несколько больших глотков, он утёр ладонью губы, и снова вернулся в постель.

За небольшим окном их комнаты забранным бычьим пузырём, в полную силу светила огромная жёлтая луна.