ВАГНЕР

- А если попытаться найти его родственников? – предложил я. – Где-то они же должны быть, ведь так.

- И что, взять его на шантаж? Да он родную мать первую же сдаст, - мрачно хмыкнул Волк. – Иди отдыхай, Юра. Сейчас будут тяжелые дни.

Тяжко было смотреть, как выносят вещи Толи, освобождая его комнату. Как после его отсутствия исчезало и самое помещение, словно его аура растворялась вместе с погибшим хозяином.

Но мы все знали, что самое тяжелое, впереди.

* * *

Вопреки расхожему мнению, день выдался ярким и солнечным, без дождя, хотя все пришли с зонтиками.

Робко шумела листва над головами собравшихся, изредка кричали вороны, на земле курлыкали голуби. Пахло хвоей и еловыми шишками. По одной из веток шмыгала юркая белка.

На кладбище собралось совсем немного людей. Близкие, родственники, чуть поодаль молчаливой кучкой мялась группа бывших сокурсников с цветами. Вечно жизнерадостный Володя, теперь бледнее собственной тени, в траурном костюме, с зеленым тюльпаном, обозначающим смерть. У остальных были гвоздики, виднелись черные розы.

Поддерживал сильно постаревшую и осунувшуюся от горя и слез пожилую мать. У меня не хватило духу с ним заговорить. Все никак не мог подобрать.

- Помяни, Господи Боже наш, в вере и надежди живота вечнаго преставльшагося раба Твоего, брата нашего Анатолия и яко Благ и Человеколюбец, отпущаяй грехи, и, – в храме Толя лежал в гробу, словно просто заснул, если бы не мертвенная бледность напудренного лица и высокоперевязанная и укрытая шея. - Потребляли неправды, ослаби, остави и прости вся вольная его согрешения и невольная, избави его вечныя муки и огня геенскаго, и даруй ему причастие и наслаждение вечных Твоих благих, уготованных любящым Тя: - махая позвякивающим кадилом, продолжал читать батюшка.

Сладко тянуло ладаном. - Проаще бо и согреши, но не отступи от Тебе, и несумненно во Отца и Сына и Святаго Духа, Бога Тя в Троице славимаго, верова, и Единицу в Троице и Троицу во Единстве, православно даже до последняго своего издыхания исповеда.

Присутствующие женщины всхлипывали. Начальство «Вагнера» и молодые ребята стояли сосредоточенно-хмурые держа в сложенных перед собой руках по две гвоздики.

Поддерживаемая Вовой мать тихонько завыла, прижимая к лицу скомканный платок. Я перехватил взгляд, украдкой посмотревшей на меня Герды, она сразу отвела глаза. За все дни после трагедии мы ни разу не заговорили и старались всячески избегать друг друга.

И не потому, что отговаривала, боясь за меня.