Превозмоганец-прогрессор

- Эй, кто-нибудь из вас, идите сюда! - прокричал им с крыльца одноэтажного каменного строения со шпилем очень полный лысый дядька в просторном балахоне, - Живее!

- Иди к жрецу, а я в прачечную, - Имарис, очень ловко свалил в сторону, - Как освободишься, приходи туда же.

- Хватит болтать! - разозлился дядька.

В этом мире поклонялись Порядку и Хаосу. Оба эти бога не были антагонистами и ни один из них не являлся только плохим или исключительно хорошим.

По верованиям здешнего народонаселения, Хаос временами приходил на землю, разводил бардак и беспорядок - но, при этом, собственно, он-то и давал жизнь и развитие - а затем, уходил в свой план бытия, и на его место приходил Порядок.

В отличие от своего компаньона, бог Порядок начинал всё восстанавливать, заставлять жить по правилам и успокаивать до упокоения, то есть смерти.

Мутная религия - правда, Игорю казалось, что нечто подобное было где-то в Индии - а может, он просто пока не до конца разобрался. Много ли поймёшь из объяснений одиннадцатилетнего Кольта, даже хорошо зная ливорский?

Главное, что привлекало и интересовало попаданца в местной религии, так это то, что именно Храмы Порядка или Хаоса принимали к себе всех крайне редко появлявшихся одарённых с рождения магией, и именно в Храмах эти одарённые делали из обычных людей иск-магов, ничем не уступавших им, а порой и превосходившим после инициации своими магическими возможностями.

Каждый житель в теории мог сам выбирать, какому из двух богов поклоняться.

Судя по белому - на самом деле, светло-серому - балахону жреца, барон Крим Рой молился Порядку, а, следовательно, и все его домочадцы, воины, слуги, крестьяне и рабы, тоже служили Порядку.

Любопытство к магической стороне местной жизни поспособствовало тому, что Игорь спокойно отнёсся к хитрому выверту своего коллеги и с охотой направился к жрецу, в надежде узнать что-нибудь полезное.

Прогадал превозмоганец хренов, разозлился на себя сержант спецназа. Жрец даже не стал с ним разговаривать, поручив своей рабыне - судя по смазливому личику, точёной фигурке и тому, что к ошейнику прилагалось вполне приличное лёгкое, укороченное до колен, ситцевое платьице, работавшей у него не только уборщицей, прачкой или поварихой - показать иноземцу объём работ. Тут-то Игорь и осознал в полной мере мудрость увильнувшего Имариса.