Виашерон 4. Возвращение Безмолвного, Том I

Через двадцать минут, когда стены города отдалились, а вокруг простирались сплошь пасторальные пейзажи — укрытые травой луга, пшеничные поля с крестьянскими пристройками да редкие лесочки, в которых вряд ли встретятся даже волки, сзади послышался шум.

Со стороны города, поднимая пыль, скакал всадник на пегой лошади. Привыкшая доверять своей интуиции, орчанка остановилась и скинула со спины щит. Копье служило отличным посохом, на которое можно было опираться при ходьбе. Это же позволяло мгновенно использовать его в случае атаки.

Отблеск ониксового пламени, тоже мне пижонское название. Ох уж эти дроу.

Ансельм рекомендовал передвигаться с копьём именно так. На крайний случай закинуть на плечо, либо на сгиб руки, если придётся быстро бежать. При экипировке система создала нечто вроде кожаного кольца в ладонь длинной на спине девушки, в которое теоретически можно было убрать оружие. Вот только длинное древко при ходьбе неприятно стучало по щиколоткам.

Новая способность позволила ей использовать Отблеск и одной, и двумя руками. При этом щит всё время висел на её предплечье продетый в скобу. Такая гибкость открывала новые возможности в бою.

В течение двух минут всадник достиг позиции Фурии и резко затормозил, едва не подняв коня на дыбы. В седле покачивался мужик лет сорока. Обладатель впечатляющих чёрных усов, переходящих прямо в бакенбарды. Сломанный, но заживший, нос картошкой довершал его облик. Из одежды на нём имелась сомнительной чистоты стёганая куртка, которую надевали обычно под доспехи, и металлический шлем в виде плошки.

Не очень ловко спешившись, незнакомец вытащил из перевязи у седла топор с одним лезвием, который даже не выглядел как оружие. Скорее, как инвентарь лесоруба, который взяли, потому что ничего другого под рукой не нашлось.

— Слышь, зелёное дерьмо, вашему брату тут не рады, — сиплым голос процедил собеседник и харкнул себе под ноги. Попал прямо на сапог и явно расстроился.

— Угу, это я уже поняла, — не спуская с него глаз, ответила орчанка.

— Война, может, и кончилась, только вы, клыкастые твари, много наших положили. А сейчас думаете, что всё с рук сошло? Приезжаете сюда, а потом дети...

— Полудурок, хватит болтать. Вижу, ты, срывая портки, бежал, чтоб подраться, так давай драться.

Его намерения Фурия считала мгновенно.

Такая человеческая накипь всегда вначале раззадоривает себя кучей слов.