Изнанка. Том 1.

К тому же, как бы это цинично не прозвучало, но у них появился бы еще один рычаг давления на меня.

Сегодня был день приёма, и, поэтому, я ждал, как говорил Радогир, что она ко мне придет. Я умылся; кое-как поправил волосы на голове, одел лучшую свою одежду; побрился. В общем и целом, я хотел предстать перед ней во всей красе. Как это, должно быть, выглядит несуразно со стороны: раб рабом, который скорее вещь, но все равно не лишен человеческих, элементарных, желаний.

Послышались шаги, и в двери показалась она.

-Эврисфея! – мой голос немного дрогнул.

Она смущалась, не осмеливаясь переступить порога. Что-то было не так: в последнее время она вела себя более свободно, не так застенчиво, как в первые дни.

-Прошу, проходи.

Еще пару секунд стоя в нерешительности, она, переборов себя, все-таки прошла внутрь. И только сейчас мне удалось разглядеть причину ее столь странного поведения.

-Кто это сделал? – подскочил я к ней, разглядывая ее разбитую губу.

-Хозяин меня наказал.

-В чем ты провинилась?

-Я не знаю.

Ко мне пришло понимание.

-Я понял: это он так наказывает меня.

-Тебя? А причем тут я? – недоумевала она.

-Нуу…это…ты…я…как бы…

Я очутился на чужой планете; выжил; стал рабом; бьюсь на смерть с всякими отморозками; являюсь идеальной машиной для убийства, но не могу нормально заговорить с девушкой, когда это нужно.

И в этот момент я ощутил ее губы на своих губах. В первую секунду я так и стоял не шевелясь.

Мы оторвались друг от друга и смотрели, не понимая, что делать дальше. Грудь вздымалась, дыхание перехватывало, вдруг стало очень жарко. Ну, в точности как на арене.

-Бежим сегодня, - вдруг вылетело из меня.

-Куда бежим? Что значит бежим? – хлопала она глазами, не понимая.

-К свободе.

Пару секунд она смотрела на меня не понимающим взглядом, не в силах осознать сказанного.

-Нет, это невозможно. Нас поймают, а потом… а потом нас накажут, а может, и вовсе казнят, - в ее голосе была паника. – И ошейники: их не снять; они не дадут нам далеко уйти.

-Твой ошейник это просто безделушка. Он ничего с тобой не сделает. Я это чувствую, - ответил я, видя ее вопросительные глаза. - Со своим же я почти решил проблему.