Интербеллум. Вверх по реке

— Ты заметил, — опустив бинокль, спросил я у Оцелотти, — старших офицеров?

— Парочку, — кивнул тот. — Все инвалиды. Один руку в кармане держит, но видно, что у него её ниже локтя нет. А у второго вместо ноги протез — качественный, но ещё не прижился. Он прихрамывает, хотя и скрывает это, а иногда пытается потереть колено, но тут же отдёргивает руку.

В наблюдательности Оцелотти было не отказать. Я заметил ровно то же самое, и добавить к его словам мне было нечего.

Вернувшись на пакетбот, я рассказал обо всём рагнийцам, а через десять минут все расселись на палубе.

— Атака дирижабля будет масштабным отвлекающим манёвром, — заявил он. — Пока все будут смотреть вверх, мы подойдём к пристани и как можно аккуратнее снимем её охранение. Размеры лагеря позволяют простреливать его со стороны реки почти до самой вышки, так что с пакетбота у нас будет хорошее прикрытие.

Пулемёт «Шатье» на вертлюге заменили на «манн» и выдали ещё один — так что плотность огня можно создать весьма приличную.

— Рагнийцы остаются на пакетботе, — продолжал капитан. — По два человека в расчёте и вы, полковник, на всякий случай. Патронов нам выделили достаточно, так что беречь их смысла нет — палите так как в последний раз.

Эти слова привели Чунчо, большого любителя пострелять, в полный восторг. А вот мне и Кукараче совсем не понравились. Конраду вовсе не обязательно удерживать лагерь, ему достаточно передать сообщение с вышки, а после убраться подобру-поздорову на дирижабле.

— Если станет совсем горячо, — как будто почувствовал напряжение Кукарачи Оцелотти, — бросайте оба пулемёта и уходите. Чтобы выйти на Великую реку, держите курс строго на восток, на всех протоках выбирайте те, что ведут в ту сторону. Лагерь не так далеко от главного русла расположен, а легионеры вряд ли пустятся за вами в погоню.

— В этом случае ждите меня трое суток у моста, — добавил я, — а после отправляйтесь в Додому. Сообщите обо всём Льву Афры, пусть уже он и генеральный комиссар колоний решают, что делать дальше.

— Не планируешь возвращаться? — спросил у меня Святой.

Он редко говорил со мной, и потому я был сильно удивлён его прямым вопросом.

— Когда будет решён вопрос с Конрадом, — ответил я, — моя миссия здесь закончится. Тем или иным образом.