Интербеллум. Вверх по реке

На фронтах в Аурелии для этого есть корректировщики, часто эту роль на себя берут вторые номера пулемётного расчёта, они не дают первому номеру сбиться и начать палить по врагу, прущему на их позицию. И всё же в пулемётчики отбирали людей с крепкими яйцами, и авторитет полковника фон Клоца стал неплохим подспорьем. Очень скоро «мартели» стали бить куда эффективнее, выкашивая вооружённых только холодным оружием людей и орков целыми рядами. С «маннами» управлялись более опытные солдаты, они выделяли сбивающихся в группы врагов, уничтожая их кинжальным огнём, с безжалостной эффективностью.

И розалю дали слабину — потери от пулемётного огня оказались слишком велики. Наступающие цепи начали залегать, ища укрытия среди трупов и остатков укреплений, разнесённых артиллерией на куски.

— Вот так! — крикнул фон Клоц. — Съели!

Он отправил курьера к артиллеристам, чтобы активнее вели противобатарейный огонь, оставив в покое мост. Теперь на его пролётах и пулемётчики справятся, а пушки пускаю заткнут вражеские орудия с того берега.

А потом к врагу подошли подкрепления, и я понял, что мы обречены. Видимо, командование Альянса решило взять Большой мост любой ценой — и они пустили в бой всё, что у них было. По пролётам застучали тяжёлые сапоги гигантов-наёмников в тяжёлой броне, со штурмовыми щитами, вооружённых боевыми дробовиками «Сегрен». Они прикрывали орков и людей в кирасах и шлемах с пулемётами «Шатье», плюющимися длинными очередями, и астрийцев с «ригелями». А перед ними по мосту бежали, наверное, около сотни полуголых чернокожих и орков с саблями и топорами в руках.

Они неслись вперёд, подгоняемые резкими свистками, а когда и ударами плетей от надсмотрщиков. Вопль этой толпы, что гонят на убой, слышен был, наверное, и по сторону Белого моря.

Вот оно — истинное лицо войны в колониях. Такого себе никто на фронтах в Аурелии себе не позволял.

Анфиладный огонь пулемётов не мог остановить этот вал. Почти сразу все позабыли о приказах фон Клоца, и палили длинными очередями по бегущим полуголым солдатам.

Те валились на залитый кровью мост и тут же гибли под ногами несущихся следом. Надсмотрщиков с электрическими стрекалами и кнутами они боялись куда сильнее чем врагов.

Может быть, щит из пулемётов и сдержал бы натиск. Каким бы широким не был мост, концентрацию огня бойцы сумели создать просто колоссальную. Между нашими укреплениями и врагом даже воздуха считай не было — только пули. Они врезались в тела, одевая волну наступления кровавой пеной.