Интербеллум. Вверх по реке

Значит, принимаем бой. Не в лучших условиях, но «манн» даёт нам хорошее преимущество перед врагом.

Оба чернокожих солдата встали рядом с нами, держа в руках винтовки. Лейтенант подровнял треногу, уперев приклад пулемёта в плечо. Мне оставалось только встать на место подносчика.

Лейтенант поднял рамку прицела, выставляя его на максимум, но я остановил его.

— Надо подпускать как можно ближе. С максимальной дистанции ты разве что одно-двух зацепишь, а патронов у нас не так много.

В коробе, что положили рядом с пулемётом, по моим прикидкам не больше пары лент по полторы сотни патронов каждая.

С той, что уже заряжена получается меньше пятисот. Даже если экономить, стрелять нужно почти в упор.

— Имошаги — меткие сукины дети, — буркнул лейтенант. — Подберутся метров на двести пятьдесят-триста — и поминай как нас звали. Перестреляют.

— Это не «Мартель», — усмехнулся я. — Мы их приголубим с верных четырёх сотен метров.

Он глянул на меня с недоверием, но передвинул прицел на четыреста.

Оба солдата сделали несколько шагов вперёд, укрывшись за указательными столбами, вырезанными из местного камня. Место для заправки автомобиля лейтенант выбрал с умом.

Первые пули засвистели куда раньше, чем всадники подобрались к нам на четыреста метров.

— Обычное дело, — бросил лейтенант, — хотят, чтобы мы головы пониже держали.

Он поплотнее прижал приклад «манна» к плечу — видно было, что пулемёт этой системы ему в новинку. Лейтенант явно привык к «мартелю» и теперь волновался, готовясь стрелять из не самого знакомого оружия.

— На четырёхстах, — принялся напутствовать его я, — клади пули веером — бей густо, чтобы зацепить побольше. А как пройдут отметку в двести переходи на кинжальный огонь. Не давай им навалиться кучей.

Он кивнул мне, приник к прикладу, высунув от усердия язык между зубов. Это выглядело комично, даже когда на тебя скачут несколько десятков всадников, палящих из винтовок. И тут застрекотал «Манн». Прежде мне ни разу не доводилось слышать его так чисто — обычно на фоне длинных очередей звучат не только ещё далёкие вопли и редкие выстрелы, но и масса самых разных звуков.

Хлопают миномёты, сухо щёлкают винтовки, орут раненные, свистят командиры. А тут пулемёт строчил практически в тишине — я даже заслушался на минуту. Не забывая, конечно, придерживать ленту.

Лейтенант водил стволом слева направо и обратно, одной длинной очередью выкашивая ещё плохо различимых с такого расстояния врагов.