Ингви фон Крузенштерн

В ночной тьме шепчется испуганная толпа, освещаемая множеством фонарей в руках солдат. Весь гарнизон на ногах. Лица злые, эфир гудит, чуть что — размажут.

Меня пропустили внутрь, но лишь потому, что знаком со стражниками. Они же и сообщили кто убит. Сердце сжалось от боли, ведь это оказался дядя Стёпа.

Увидев то, что от него осталось, я едва не обломал ногти о дерево стен. Вроде не так давно знакомы, но пожилой стражник успел полюбиться и тут, видя во что превратил его упырь, из самой глубины стала подниматься багровая ненависть.

Убит не только дядька. Меня стало трясти от картин зверской расправы над всей семьёй. Разорванные животы, переломанные конечности, раздавленные черепа — дом вмиг превратился в кровавый кошмар. Я вышел из него пошатываясь и стал рыбой хватать воздух. В голове только одна осталась мысль — отомстить подлой твари, убившей из всех дворян почему-то именно дядю Стёпу. Отныне или я, или вампир. Жить сразу обоим больше не суждено!

Запах твари пропитал всё вокруг. Я легко могу отследить, куда она побежала.

Бегу по кварталам. Чуть подугасший запах стал усиливаться, пока я не оказался над решёткой водостока. Вампир ждёт меня там.

Мерзко проскрипели ржавые петли. Я смело прыгнул в бездонную влажную тьму, пытаемый ненавистью. В ушах засвистел воздух.

У меня есть возможность видеть во мраке, но тотемных способностей духи лишили. Для них упырь — это не враг, чего не скажешь про людей.

Ноги ударились о воду и тело вошло почти по пояс. Обострённый нюх обожгла вонь, но я смягчил её усилием воли. Сместившись в бок, где уровень жидкости ниже, я побежал вперёд, чувствуя, что упырь был тут совсем недавно.

Вскоре пришлось спускаться по стенке, ибо железная лестница полностью сгнила. Вонючая жижа срывается в этом месте с высоты трёх ростов человека. Хищного зрения хватает, чтобы видеть даже немного дальше, но всё же, чувство пространства создаётся не только зрением.

Бег продолжился. Дух вампира всё усиливается и кровь наполняется огнём готовности к бою. Дыхание ритмичное, как у волка во время загона жертвы. Пусть тварь и сильна, пусть смертельно опасна, но и меня выковывала жизнь не абы как. Сегодня я хоть немного отомщу за близких, а дядя Степан именно таким и стал.