Ингви фон Крузенштерн

Потому он развернулся и поспешил к берегу — скоро как раз будет пик отлива.

Крутой каменистый склон вывел на дикий пляж. Привычно воняет слизью, тухлой рыбой и морем. Где-то далеко поют дельфины. Солнце в зените.

Ингви приблизился к торчащим клыкам оголившихся скал, выглядящих, как пасть монстра. Вонь усилилась. Тут и там виднеются остатки судов, верёвок и прочего хлама. Словно кладбище.

Набравшая песка кожаная обувь погрузилась в чёрный ил, но снимать её нельзя — ноги запросто можно рассечь. Ингви теперь с трудом переставляет ноги приближаясь к первым острым скальным выступам.

Схватился за скалу и тут же одёрнул руку. Нашёл взглядом порез — жирная капля крови набухла и скатилась струйкой. Вокруг места пореза стала распространятся синюшная опухоль. Яд!

Ингви с ужасом начал качать эфир, щедро расплёскивая, словно пьяница несущий полное ведро воды. Потом собрался, насупился и уже обстоятельно растворил яд. Кожа быстро обрела здоровый вид, а порез затянулся.

— Великая Хель! — сплюнул парень. — Я даже входа ещё не нашёл, а уже чуть не сдох.

Богиня оставила реплику без ответа, но у Ингви вдруг открылось зрение — он увидел, что скальные клыки обмазаны светящейся, фиолетовой смолой от которой исходит пар.

Двигаться по скользкому дну и по колено в воде тяжело. Ещё и злые волны яростно накатывают. Парня качает, каждый склизкий участок норовит стать последним. Если схватиться всей пятернёй за ядовитую поверхность, то даже силы эфира может не хватить. И уж тем более, если врезаться корпусом.

Поэтому когда очередная волна особо сильно толкнула, Ингви рухнул в толщу воды. Поток вдруг подхватил, взвихрившись. Чутье закричало, что задействована магия, но элементаль воды оказался столь сильным, что скрутил по рукам и ногам.

Его влекло всё ближе к скальной стене. Ингви даже успел разглядеть зев пещеры, но потом его приподняло и тут же бросило в пучину. Дна почему-то не оказалось, а сверху стал быстро меркнуть свет. Как только элементаль выпустил, Игви постарался выплыть, быстро заработал руками и ногами, ощущая острое желание сделать вдох.

Сверху словно жёсткая крышка. Невидимая, но крепкая. Не будь парень одарённым или, как говорят на севере — гальдрамадром, то сгинул бы, уподобившись многим другим искателям. Но род взял своё и парень сумел успокоится и тут же вызвал тотем осетра, могучего и быстрого. Мышление чуть помутилось, но стало намного лучше видно и желание дышать практически исчезло. Ингви огляделся.