Беттер Ворлд

Включилась запись видео, система просканировала лицо, создала точную проекцию, на которую Соня смотрела, словно в зеркало.

– Я… потеряла счет времени. Мне тяжело. Я не знаю, где начало или конец.

Соня встала с кровати и подошла к иллюминатору: Земля сияла в абсолютной темноте межзвездного пространства, словно голубая жемчужина.

– Не понимаю, почему чувствую себя словно зверь в запертой клетке.

– Мама!

Соня обернулась: в холодном безжизненном мраке номера стоит белокурая девочка – ее дочь. Соня, скрестив руки на груди, сильнее прижала их телу, сгорбилась, слеза скользнула по щеке.

– Мама! – снова позвала дочь.

– Желаете остановить запись? – спросил электронный помощник.

Соня молчала, чувствуя, как ее сердце в прямом смысле разрывается от боли. Она смотрела на призрака, бездушную копию настоящего чуда.

В номер зашел Мицар – еще один призрак, существовавший в обличии живого человека:

– Соня.

– Миц, – поприветствовала она, вытирая слезы.

Он едва слышно спросил:

– Ты готова?

Соня вздохнула:

– Я никогда не буду к этому готова.

Они вышли из номера, следуя по красным указательным линиям, нарисованным на серых стенах. Этот плывущий на заданной орбите отель был последним пристанищем для Лиры – погибшей дочери Сони. Милая белокурая девочка отправлялась в свое первое путешествие к Луне, когда совершенно глупо, по какой-то трагической случайности, аппарат столкнулся с обломком космического мусора. От удара в корпусе образовалась пробоина.

На место аварии буквально через несколько минут прибыли спасатели. К счастью, всех удалось спасти. Кроме Лиры.

Они зашли в криокамеру. Тело лежало в изоляционной капсуле, рядом стоял медицинский работник. Он подошел к Соне, положил руку на плечо.

– Соболезную вашей утрате, – произнес он и покинул помещение.

Мицар обошел сосуд, встав прямо над головой у дочери. Он нажал на кнопку, стекло открылось, потянулся, обнял руками лицо девочки, прильнул ко лбу, поцеловал и заплакал. Соня ненавидела Мица в этот момент, потому что Лира любила отца больше матери.

Он выпрямился, с надеждой посмотрев на мигающие огоньки подключенного к саркофагу устройства, воссоздававшего в данный момент индивидуальность Лиры в цифровом пространстве: оно посмертно собирало данные с анализирующего нейронную деятельность головного мозга чипа, линз, ДНК, различных серверов и баз данных. Мицар и Соня заранее загрузили в программу соответствующие коррелирующие данные.