Тени Уничтоженных Империй I. Тень Справедливости.

Та съёжилась под его взглядом и натянула на себя одеяло.

– Мне всё равно, какие дела у вас с Рориком. Он забрал у меня сына, – насупившись, произнесла она.

– Твой сын в замке?

– Нет, господин записал его в легион. Моему Сему было всего шестнадцать. Рорик добивался его, как добивается сейчас твоего друга, а когда понял, что Сему на него плевать, то от злости отправил его на войну. Там он и погиб, мой Семми. Он был не первым, кому господин сломал жизнь. В этой деревне много несчастных матерей, в чьи семьи Рорик принёс горе, – она потянулась к Дойлу и прошептала ему в ухо, – И если вы решили его убить, я помолюсь за вас.

Горячие слова вдовы вошли в правое ухо Дойла и растеклись по его спине ледяной волной. Он положил руки на её плечи, отодвинул от себя Милли и прошептал, смотря в её наполненные слезами карие глаза:

– Скоро мы уйдём.

– Хорошо, – она махнула головой и стёрла слёзы. – Я не буду тебя останавливать.

Дойл отпустил её плечи, и поднялся с кровати.

Ему уже давно надо было выходить, когда он вновь услышал её голос:

– Я слышала, у Волка честные глаза. Сплетни не врут.

От услышанного Дойл сперва застыл на месте, а потом подскочил обратно к вдове.

– Откуда ты узнала? – нависнув над ней, спросил он, испугав несчастную женщину.

– Я не знала, – пожала та плечами. – Я не была уверенна, а теперь точно знаю. Людская молва приписывает тебе то, чего так не хватает им самим: честности, справедливости, гордости в конце концов.

Но ты и есть такой, каким тебя считают, я это вижу. Ты хочешь его убить, теперь точно хочешь, – прошептала она. – Лучшее время для этого – празднование Возрождения года. Стража будет занята, здесь каждый год одно и то же. Они напиваются и начинают приставать к свободным женщинам.

– Хорошо, я подумаю над этим, – проговорил Дойл.

– Возрождение уже завтра. Давай иди, пока тебя не хватились, – сказала она и поцеловала его в лоб.

Пробираясь сквозь высохшее бельё Дойл направился к двери. Он чуть не забыл своё ведро, но вовремя заметил его, стоящее в углу у выхода. Захватив его, полное глины, он вернулся к трактиру. Перед самым крыльцом ему навстречу выбежал взволнованный Тренлин.

– Ты где был? – спросил охотник.

– Печь чинил, – махнул Дойл ведром.

– Я тебя всё утро искал, всю округу уже несколько раз оббежал.