Олимпиец

— То, что мы умеем лучше всего, — пожал плечами старый воин. — Мы защитники, юнец. Наше дело — сторожить.

Игнат справа от меня презрительно фыркнул, но, к счастью, удержался от комментариев. Это хорошо. Я как раз собирался переходить к предложениям.

— Что ж, — я деловито потер ладони. — Уважаемый…

— Кодрус, — помог мне минотавр.

— Да, уважаемый Кордиус. Как вы понимаете, — я обвел нас всех рукой, — нас всех явно подставили.

Минотавр кивнул. Игнат тоже.

Отлично. А теперь… Подсечь.

— Тогда что вы скажете на то, чтобы…

— Ра-та-та-та! — пулеметная очередь скосила одного из молодых минотавров.

— Сдохните, твари! — с криком выбежал из-за угла Болтун и выпустил вторую очередь в мгновенно покрывшегося коркой Кордуса. — Сдо-о-о-охни-и-и-те!

Бл*дь!

Двое оставшихся минотавров взвыли и бросились вперед. Вот только их встретил десяток вооруженных до зубов бандитов с бронебойными патронами.

Если бы минотавры ловили их в темноте, да по одному… У них был бы отличный шанс всех положить.

— Предатель! Как ты посмел?! — с болью в голосе взвыл Кордус. Его белоснежная шерсть покрылась кровью, но он упорно рвался вперед.

Я оттолкнул Игната и приготовился к бою.

Вот только драки не вышло. Старый ветеран не ожидал нападения и был серьезно ранен пулями Болтуна. А теперь держался исключительно на силе своего духа и ярости.

Но, как я уже говорил, у ярости одна проблема. С ней ты теряешь голову.

Уж не знаю, где там висел Рью, — на потолке, скорее всего, — но в нужный момент он камнем рухнул вниз. Прямо на потерявшего разум минотавра.

Свистнула катана. Голова Кордуса соскользнула вбок, а тело по инерции пробежало еще пару шагов, только чтобы с грохотом свалиться мне прямо под ноги.

Все было кончено.

Я выдохнул и быстрым шагом направился к довольно ухмыляющемуся Болтуну. Впрочем, заметив мое ледяное выражение лица, он быстро струхнул.

— Алекс, ты чего? Я же помочь хотел, правда, — принялся оправдываться он.

Он развел руками.

— Я ждал-ждал, потом говорю себе: «Все! Хватит!» — и побежал к вам на помощь. Зашел через дырку, которую вы сделали, услышал голоса, поперся сюда.

С огромным трудом я подавил злость и кивком велел ему продолжать.

— Ну, дык, — немного ободрённый, забормотал он. — Смотрю, а тут эти парнокопытные уроды.