Сыны мести (Начертатель-1)

— И ты готов пойти на смерть из-за песни? — удивился я.

— Ещё я обязан тебе жизнью, забыл?

Тут возразить было нечего. Броки поклялся мне жизнью, и я принял клятву. Но принял, даже не догадываясь, что придётся взимать долг так скоро.

— Я благодарен тебе... друг. Не уверен, что смог бы сделать для тебя то же самое.

Броки лишь пожал плечами.

— Таково моё полотно судьбы. Главное — Коли не пропадёт. Ладно, Хинрик, я пойду. Мне нужно всё объяснить брату и попрощаться.

Я молча кивнул — говорить не осталось сил.

***

Очнулся я от шума голосов и не сразу осознал, что лежал не на досках, а на земле. Над головой вместо потолка было темнеющее небо — день угасал. Судя по всему, мы были в лесу. Надо мной нависали ветви кустарников, по лицу и рукам ползали муравьи. Я хотел было смахнуть одного с щеки, но понял, что даже не мог пошевелить пальцами. Боль, как ни странно, была не такой мучительной, но во рту оставался горький привкус. Возможно, меня опоили дурманным напитком, пока я был в беспамятстве.

Надо мной склонился Конгерм.

— Пей. Сколько сможешь.

Он приподнял мою голову и влил мне в рот горькую и противную жидкость. Я с трудом её проглотил, но боль немного отступила.

— Совсем слаб, — вздохнул Птицеглаз. — Держись, осталось недолго.

Я не мог даже открыть рта, чтобы заговорить. Конгерм понял это и принялся описывать.

— Начнём на закате. Сейчас копают ямы для вас с Броки. Так нужно для ритуала. Боишься?

Я моргнул. Конечно, боялся.

До нас доносился звук ударов лопат о землю, треск факелов, птичьи трели и голоса. Вскоре копатели закончили работу, и Ормар велел всем лишним убраться с места ритуала подальше и никого сюда не пускать. Ко мне подошёл Халлвард.

— Нужно перенести его, — сказал он Конгерму. Птицеглаз кивнул, они аккуратно подняли мои носилки и пошли к ямам.

Для ритуала выбрали небольшую поляну. По четырём сторонам света разложили костры, а между ним по кругу зажгли факелы. Получился огненный круг. В центре располагались две ямы, какие рыли, чтобы хоронить мертвецов. Между ними на земле сидела целительница и заговаривала землю.

Я увидел Ормара — начертатель надел рваную чёрную ритуальную накидку, обвешался амулетами из костей и деревяшек, нарисовал на лице рунические вязи, усиливавшие колдовство.