Сыны мести (Начертатель-1)

Но верховная жрица относилась к смертному колдовству с большой опаской и сама никогда не соглашалась проводить такие обряды. Говорила, это нарушение порядка вещей в мире. Гутлог воспитывала всех учеников с убеждениями, что боги и духи знают куда больше людей, а потому сопротивляться их воле не положено. Я не всегда был с ней согласен. Если у тебя есть возможность изменить худшее к лучшему, нужно ею пользоваться. И всё же в том, что касается заигрываний со смертью, я принимал сторону Гутлог. Она не раз говорила, что изменение судьбы подобно брошенному в воду камню: круги расходятся всё дальше, волны становятся всё выше.

Я не геройствовал и не хотел представать благородным мучеником. Просто я и правда верил Гутлог. Она ни разу не дала повода сомневаться в своей мудрости, и уж если даже верховная жрица со Свартстунна боялась последствий таких обрядов...

— Этого не будет, — прохрипел я.

— Заткнись, Хинрик, — отрезал Ормар. — Сейчас не тебе решать.

— Но...

— Я тебя усыплю, — пригрозил начертатель. — Мне не до увещеваний глупого юнца, от которого слишком многое зависит. Молчи и копи силы.

Нашу перепалку прервал Кровавый Топор. Великан шагнул к начертателю и протянул руку.

— Я готов на обмен. Всякий нейд с радостью пойдёт на это ради спасения Химмелинга.

Я пялился на Халлварда во все глаза, искренне не понимая, какое бывшему хускарлу было для меня дело. Да, мой род почитали. Да, Химмелингов считали прямыми потомками богов, которых благословили на правление.

Ормар покачал головой.

— Нет, Халлвард. Ты не подойдёшь. У богов есть на тебя планы на этой земле. Не сгодится и Конгерм, даже пожелай он предложить себя.

— Со мной вообще всё сложно, — улыбнулся Птицеглаз. — Но начертатель прав: меня Гродда просто не примет.

Белобрысый Броки нервно сглотнул.

— Значит, остаюсь я? — тихо спросил он.

Наставник кивнул.

— Да.

— Одумайся, — прохрипел я. — Не для того я спасал ваши с Коли задницы от суда Кровавого Топора, чтобы...

— А может и правда для этого? — Голос Броки дрожал. Я видел, что он страшился этой участи. Но отчего-то решил не сворачивать с выбранного пути. — Я согласен, но с одним условием. Считайте это моей последней волей, а она священна.

— Священна и будет исполнена, — согласился Ормар. — Говори.

Броки повернулся к Халлварду.