Сыны мести (Начертатель-1)

Правда, выглядела она бледнее обыкновенного. Под глазами легли глубокие тени.

Щурясь от солнца, она разглядывала меня. Заметила мокрую одежду и поняла, что я ночевал в лесу. Обычно в таких случаях мне прилетала крепкая затрещина за опоздание на тренировку — и не всегда даже я удерживался на ногах. Если чего Вигдис, жрица богини Хевн, не жалела, так это тумаков и нагрузок. Особенно для меня.

— Ты не явился на бой, Дылда, — вместо приветствия проворчала воительница.

— Прости меня.

— Ты не закончил бдение — в нескольких рощах нет твоих следов.

— Виноват, почтеннейшая.

Что ещё мне оставалось делать? Только принимать кару и держать язык за зубами. Вигдис выбросила вперёд руку, но тумаков не последовало.

— Снимай плащ, обсохни, — огорошила женщина и пошевелила пальцами от нетерпения. — Что стоишь, как чурбан? Давай сюда мокрое и иди со мной. Гутлог желает тебя видеть.

Я удивлённо взглянул на Вигдис.

— Но мы же собирались тренироваться?

— Ещё помашем топорами, если богам будет угодно.

— Зачем я ей понадобился?

— Не знаю. Я не ведаю её мыслей. Приказала привести тебя — и я приведу.

Я молча последовал за Вигдис. Гутлог была мне как мать и многое прощала, но для всех она в первую очередь оставалась верховной жрицей. Не следовало предавать её доверие.

Главный храм, где стояли изваяния многих богов, располагался на самом высоком холме острова. Там Гутлог и другие мудрые жёны принимали просителей, вершили ритуалы и посвящали в жрицы. Я частенько бывал наверху: то и дело приходилось таскать воду, дрова, свечи, клетки с жертвенными зверями и прочие тяжести.

Едва мы подошли к длинной лестнице, что вела к храму, со стороны моря раздался шум голосов. Несколько девушек взволнованно щебетали, но я не расслышал их разговора. И всё же обернулся. К берегу причалила небольшая лодка — паромщик привёз двоих гостей: высокого мрачного воина и печальную светловолосую девицу чуть старше меня. Женщины шли их встречать.

Вигдис толкнула меня в плечо.

— Хватит пялиться, ослепнешь.

Я же не мог отвести глаз от сгорбленного силуэта девушки. Словно прибытие на Свартстунн её не радовало.

— Кто это?

— Конунг Гутфрит Седой прислал свою воспитанницу, — отозвалась воительница. — Девица выйдет за его наследника. Гутфрит хочет, чтобы мы подготовили её к свадьбе и научили женской мудрости. Идём.

Конунг слыл человеком жестоким. В наших землях его не любили, но склонялись пред силой, богатством и могуществом.