Во имя порядка: на заре новой эры

Скажи, выходец с севера, как вы собираетесь совладать с такими силами?

- У Велисария есть план… который он желает исполнить, но для этого ему понадобятся все ресурсы. Скажите, чем живёт Дюнное?

- Источники дохода? – улыбнулся саттар. – Что ж, коль владыки дали право, я вам открою это. Наша торговля жемчугом, серебром и золотом с Кирой приносит не менее ста тысяч серебряных дюнников в месяц. Перепродажа шелков, парчи и атласа, специй и ингредиентов в Арк из Киры даёт не менее трёхсот тысяч эндеральских медяков в год.

- Хорошо. Велисарий предлагает вам принять участие в его компании. Поверьте, он сам говорит, что ваш голос, что ваши интересы не останутся без… внимания. От вас сейчас требуется предварительно дать согласие и прийти на общее собрание, - и чтобы зацепить владык Дюнного мне приходится идти на уловку, дать зацепку им. – Дюнное может стать ещё более могущественным, а его народ… богаче.

- И что же он готов нам предложить?

- Сейчас – совместная оборона от Коарека, не дать его ордам сокрушить нашу страну.

А потом - о чём пойдёт договор. Более яркие подробности и детали здесь, - я достал из-за пазухи исписанный пергамент и Фарнабаз тут же взял. – Велесарий не желает, чтобы подробности, расписанные в этом документе, оказались известный официальным властям. Вы понимаете. Он призывает вас в Златоброд.

- Будь у него тысяча слепых дочерей – всех замуж выдаст, - сказал о Велисарии саттар. – Владыки, ваше решение?

- То есть ты, принеся нам недобрые вести, предлагаешь вступить в союз с тем, чьи мотивы описываешь только как забота об Эндерале.

Ступай, Фриджидиэн из Арка, мы услышали тебя, - встал один из властителей Дюнного. – Мы своим присутствием или отсутствием на вашем собрании дадим знать о решении Дюнного.

В принципе, что ещё можно было ждать от них. Непонятные, окутанные таинственностью и жадностью. Только во взгляде Фарнабаза можно найти что-то похожее на здравость. Для остальных же сейчас главное – выбрать ту сторону, чтобы не потерять власть или деньги.

«Когда их родина в опасности, они продолжают думать о золоте. Они хуже Конана и его своры», - подумал, чувствуя, как меня поглощает ненависть к этим людям.

- Машшира, - к нам подошёл саттар. – Неправильно вы начали. Вы, как истинный сын прямоты, всё выложили. Но нужно было начать с даров и обещаний понятных выгод.

- Извольте, - едва не прорычал я. – Что я прежде всего думаю о родине, о моей земле, не о том, как можно больше всего хапнуть.