Жертва войны

Зверь решил своим рёвом продемонстрировать, кто хозяин данной ситуации, что дало возможность Вальтеру оттащить Мирка за шиворот, толкая к выходу. Вольт, экономя время, ловко чиркнул Вальтера по глотке, но догнать и добить бывшего генерала у него не получилось, поскольку тот рванул к выходу. Зверь же начал новую атаку. Не имея возможности что-то противопоставить монстру, солдаты отступили, что позволило зверю подойти к Токру на расстояние удара.

- Арх!

В монстра со всей силы врезался и отбросил назад тот, кого уже записали в мертвецы.

Это был Дарк. Однако выглядел он иначе. От человека в нём осталось мало чего.

Маг Клим, отстранившись от сражающих как можно дальше, также как и алхимик Олив, не мог поверить своим глазам, как, собственно, и все остальные. Однако в отличие от других, Клим нечто похожее уже видел при лечении Дарка, только теперь человек был полностью похож на монстра. В тот раз трансформировались лишь отдельные части тела. Теперь же Дарка можно было смело назвать оборотнем, поскольку внешне он походил именно на это творение ночи: увеличившееся в объёме тело, чёрный звериный покрой шерсти, вытянутая собачья морда и набор острых зубов и когтей – вот как теперь выглядел генерал.

Перед людьми творилось невероятное. Монстр вышел на бой против монстра. Совершенное оружие тёмных эльфов, отброшенное назад, медленно поднялось на ноги. От зверя с паучьей мордой веяло яростью настолько, что ноги стали подгибаться даже у Брамса, не говоря уже про того же Варика, военная карьера которого была самой короткой в сравнении с другими бойцами, находившимися в опустевшем зале.

Оборотень же лишь оскалился в ответ.

- Какого чёрта здесь твориться? – задал вопрос Токр, с усилием поднимаясь с пола, прикрывая рукою кровоточащую рану на виске.

Ответить королю никто даже не пытался. Всё внимание было устремлено исключительно на тварей.

Впервые за всё время своего существования, начиная с осознания себя в подземелье лаборатории, зверь был оттеснён назад примитивной физической силой.

Подобного пренебрежения к себе он терпеть не желал, отчего впервые его жажда крови вырвалась наружу. Задание убить превращалось в нечто большее. Вместо этого хотелось растерзать, разорвать, изничтожить всех и вся. Но в первую очередь нужно было разобраться с непонятно откуда взявшимся сородичем.

Новый крик порождения эльфийской магии заставил содрогнуться своды стен. Оборотень своему противнику уступать не желал, выдав в ответ рёв ни капли не меньший по силе.