Шутка Немезиды

Источником их, по-видимому, были бутылочки и чашечки в большом количестве расставленные на небольшом столике с инкрустацией, расположенном прямо посреди комнаты.

Перемешанные ароматы трав создавали неповторимое амбре, свойственное разве что больничным учреждениям. Нехорошие предчувствия закрались Юле в душу, а она не очень любила больничные палаты, после продолжительного знакомства с ними, когда пережила одну неприятную операцию.

- Сюда, пожалуйста, - отвлекла ее внимание от настоек дама и почему-то всхлипнула.

- Мари, - Петрович сразу оказался рядом с ней и протянул чистый носовой платок. - Доверьтесь нам. Отдохните, вам нельзя так много волноваться. Обещаю, что к утру все будет в порядке.

- Ах, Петр, - дама, которую, как оказалось, звали Мари, промокнула платком глаза и бросила оценивающий взгляд на Юлю. - Вы так уверенно говорите. Мне так хочется вам верить… Юля только теперь рассмотрела более внимательнее эту женщину. Она была довольно молода, чуть-чуть перешагнув тот возраст, когда слово девушка для ее описания уже было пройденным этапом.

Невысокая, судя по талии - стройная, но фигуру в основном скрывал пышный наряд, оставляя простор для мысленного завершения образа. Правильные черты лица были идеальны и приковывали внимание, но почему-то впечатляли, пока были в поле зрения и забывались, если стоило отвести взгляд.

- Что я могу сказать, - успокоил ее Петрович, - Я же головой ручаюсь, обратного у меня пути нет.

- Зачем вы так! - Мари еще раз коротко взглянула на Юлю.

- Но… Моя жизнь тоже в ваших руках! Подумайте об этом.

Мари откинула балдахин, за которым скрывалась детская кроватка, склонилась на минуту над ней и быстрым шагом вышла из комнаты, бесшумно затворив за собою дверь.

Словно притянутая магнитом, Юля подошла к кроватке, не чувствуя под собой ног. Ее самые плохие предчувствия оправдались - в ней лежал ребенок, скорее всего - девочка, но столь болезненного и изможденного вида, что сказать это точно было затруднительно.

Она не была в сознании, но и то состояние в котором она пребывала, не было сном. Голова ее болталась по подушке, на всхлипы и стоны уже не было сил - при этом были еле слышны лишь слабые хрипы.

- Что ты наделал, - одними губами произнесла Юля, отшатнувшись от кроватки.

- Главное - успокойся, у нас еще есть время.

- Какое время! - Юля чувствовала, что потрясенная видом девочки, готова сорваться в истерике сама.