Шутка Немезиды

Он сумел дотянуться мечом до головы одного из солдат - и тот растянулся на арене без дыхания - кулаком разбить лицо другому, а когда упал сам, истыканный мечами остальных, сумел повредить ногу третьему, неосторожно подвернувшемуся под деревяшку, так до последнего момента и оставшуюся зажатой в его руке.

Остальные оказали слабое сопротивление, кидаясь на солдат только когда оказывались загнанными в угол, но противопоставить железу им было нечего. Ко второму удару гонга количество осужденных осталось меньше половины и по всему выходило, что к третьему удару в живых не останется никого.

Публика, удовлетворив первый голод по крови, успокоилась и взрывалась радостными криками только когда погибал очередной осужденный.

Пара солдат отвернула от своих товарищей и быстрым шагом направилась в сторону Юли, посчитав ее легкой добычей.

Напрасно она тешила себя надеждой, что в суматохе расправы, ее минует сия чаша, что про нее забудут, или выйдет время и прозвучит третий удар гонга. Похоже, все было рассчитано так, чтобы из осужденных никто не ушел живым или россказни про время - это была лишь соломинка, подкинутая, чтобы хоть как-то мотивировать их сражаться.

«Как бы то ни было, но мой час пробил», - Юля сначала растерялась от такой мысли и пока приходила в себя, солдаты оказались уже слишком близко. Она даже могла разглядеть капельки пота, выступившие на их лицах. «Умаялись, бедные,» - подумала она и сразу же в ней вспыхнули прошлые обиды и подкатила злость на этих воинов, готовых биться практически с безоружными.

Солдат сгубила неосторожность. Обгоняя друг друга они кинулись к девушке, стараясь опередить один другого в смертельном ударе, и угодили в ловушку. Юля не стала тянуть время, бегая по арене, подобно остальным жертвам, а кинулась им навстречу. Это-то и сбило с толку нападавших. Первый немного замешкался, перегораживая дорогу второму, и неловко попытался ударить мечом.

Уйдя в сторону от плохо подготовленного удара, Юля взмахнула деревянным мечом, и сильным ударом насадила шлем торопыге до самой переносицы.

Потеряв видимость, тот сделал несколько взмахов, но при этом чуть не угодил в отскочившего от него товарища. Одной рукой ему никак не удавалось поднять шлем - его постоянно косило на другую сторону, а оружие он выпустить боялся и потому так и кружил, пытаясь мечом отогнать невидимого противника.

Второй отскочил, ярость исказила его лицо. Он покрутил перед собой мечом, рубя воздух, и бросился в атаку.