Шутка Немезиды

А чего это мы остановились? Города вроде не видно.

- Остановились мы по двум причинам. Во-первых, нарвались, как ты видишь, на патруль, а во-вторых, мы, собственно говоря, на месте.

- Да? - скептически произнес Петрович. - И что же это за место?

- Вот в этом пригорке находится замаскированный выход подземного хода, который куда ведет не знаю, но могу с уверенностью предположить.

- А если совсем не туда? Ха-ха, не знаю куда! Откуда вообще ты знаешь про подземный ход?

- Разве ты не слышал легенды про то, что волоки умеют находить клады, гробницы и тайные ходы?

- Ничего подобного я не слышал.

- Это просто потому, что ты не интересуешься природой родного края. Вот чем ты занимаешься?

- Я маг и, следовательно, занимаюсь магией.

- Ха-ха, магией, ешки-матрешки! - Горин сел на задние лапы и сразу же оказался на голову выше Петровича. - А сам-то ты в нее веришь, человек науки?

- Дело в том, что это не совсем магия…

- Ага, ясно с тобой все! Полезай давай, Юля уже заждалась, наверное. А мне еще трупы прятать надо, не ровен час еще один патруль припрется.

В пригорке действительно оказался неприметный проем, закрытый от посторонних глаз ветками многочисленных кустарников. Снаружи он больше напоминал нору барсука, но, насколько было видно дальше, был вполне пригоден для передвижения в полный рост.

Однако была одна загвоздка. Идти в неизвестность в полной темноте Петрович не хотел.

«Что ж, настало время экспериментировать», - вздохнул он, пытаясь представить себе цветную кодограмму парализующего шара.

Бусинки силы, света, левитации и ядовитого воздействия складывались в определенный узор, нарушение которого не приводило ни к какому результату. Конечно, можно было заниматься перебором различных комбинаций, ожидая что оживет аккумулин, реагируя на правильный рисунок. Но, по самым скромным подсчетам, в таком случае жить здесь Петровичу потребовалось тысячу жизней, не меньше.

Покосившись на Горина, который делал вид, что копает яму, Петрович сначала разозлился, решив, что обязательно добьется желаемого результата, а потом потускнел, когда снова вернулся к коду.

Помогла случайность. Сменив пестрый код, вызывающий шар, на спираль щита, он сразу понял, где видел похожий рисунок! Моллюск с гордым названием Наутилус закручивал свою раковину, образуя подобный узор. А это значило, что в основе кода архонтов лежали числовые последовательности!

- Сейчас, - пробормотал про себя Петрович, - убираем яд, но усиливаем свет.