Эрсус. Преддверие

Сердце быстро застучало, и кровь ударила в голову, а в горле оказался сухой ком, который невозможно сглотнуть.

– А ведь и вправду, в ее глазах можно утонуть… – не нарочно вырвалось у меня.

Глава 2. Ужин, путешествие и испорченный вечер...

– Костенька, дорогой, совсем забыл старика! – начал издали дед, а подойдя к своему другу, сердечно того обнял, на что тот ответил ему взаимностью – крепко схватил деда за плечи.

Мужчина был седовлас. Короткие стриженые волосы. На лице выделялась бородка «эспаньолка», тонкие губы, темные глаза и широкий нос.

Было заметно, что крепко сложен и, как и у деда, бессменная военная выправка.

– Кеша, весь в делах! Вот недавно с внучкой вернулись из Иерусалима и сразу к тебе. Цени, родной! – бодро ответил мужчина, улыбаясь.

– Конечно, ценю! Сто лет тебя не видел, – в тон ему ответил дед.

И повернувшись к девушке, восхищенно на ту посмотрел.

– А это что за богиня посетила нашу скромную обитель? Хороша красавица! Алиса, если я правильно помню, верно? – потер подбородок старик, подмигивая своему другу и разглядывая незнакомку.

– Верно, Иннокентий Полладович. Дедушка много о вас рассказывал, давно хотела с вами познакомиться, – проговорила девушка, бархатистым голосом, мило смущаясь.

«А голос, какой!» – лишь подивился я, искоса глядя на красотку.

И ведь было на что смотреть.

Это была прекрасная девушка, быть может, самая прекрасная из тех, что я видел. Алые губы и тонкие брови подчеркивали изумительную миловидность девушки. Светлые вьющиеся волосы, ниспадавшие до самой талии, были украшены красной лентой.

Одета была в светлое летнее платьице, облегающее точеную фигурку девушки. В лице уже таился мимолетный опыт зрелой женщины. Но даже несмотря на её яркую женственность, щеки с милыми ямочками иной раз наводили на мысль о маленькой девочке. И в завершение овальное личико красивой молодой женщины и глубокие голубые глаза. Именно они меня сразу поразили. Одним словом, у Алисы была сказочная внешность.

«А ведь хороша, так и влюбится недолго», – промелькнула у меня крамольная мысль, хоть я никогда не был влюбчивым человеком.

– Вот, Палаша! Учись, неуч! Смотри, как надо к пожилым обращаться. С уважением! Как сказала Алиса? Дедушка! А ты всё, старик да старик, – стал коверкать меня дед. – Еще и избиваешь дедулю.

На шутку старика девушка мило засмеялась, а дед довольно крякнул.

– Старик, не при людях, – прикрыл я ладонью глаза.

– Вот опять, нет, чтобы с любовью сказать – деда, – не унимался старый хрыч.