Избранная

В центре комнаты стоит стул, оборудованный ремнями, которые должны удерживать руки и ноги. Двое людей, что тащили меня, грубо усадили меня на стул и, вопреки моим воплям и сопротивлением, пристегнули меня к стулу. В комнату вошла женщина в белом халате, марлевой маске и перчатках, в её руке был шприц заполненный светло - зелёной жидкостью. Женщина подошла ко мне и вколола в плечо сомнительную субстанцию.

Первые полминуты ничего не происходило, но потом мне стало невыносимо душно, я как будто бы задыхалась, но никого из присутствующих, казалось, ничего не беспокоило.

А мне казалось, что я умираю, жар растекался по всему телу, моя температура как будто бы увеличилась на градусов сто, голова раскалывалась, при всём этом я не могла произнести ни слова. Затем наступила тьма. Я отключилась.

Наверное, я бы предпочла умереть, чем прийти в сознание в этом месте, где ни кого не волнует твоё мнение, чувства, в месте где правит бессердечность и жестокость. Мы все стали монстрами в "Бездне".

Я подошла к кабинету, где должен быть урок физики.

Ещё один минус понедельников — физика.

У закрытого кабинета никого кроме меня не было. Я, по своему обыкновению, пришла рано. Насколько себя помню, я всегда отличалась особой пунктуальностью. Интересно, в жизни до "Бездны" тоже?

Прошло двадцать минут, по мере приближения урока, к кабинету подтягивались мои одноклассники. Когда подошла Ульяна со своей свитой, она всё так же не переставала тараторить. И почему, как по закону подлости, оказываешься в одной группе именно с тем, кого недолюбливаешь?

Начавшийся урок, казалось, тянулся целую вечность.

Формулы, законы, задачи. Скука смертная! Пожалуй, самое страшное это, когда на физике тебя вызывают к доске, и ты стоишь, боясь сделать какую - нибудь ошибку. Так, что я как всегда молилась, чтобы меня не вызвали к доске.

— И так, к доске пойдёт... — протянула Лариса Андреевна, учительница по физике.

Я начала делать вид, что что-то увлечённо пишу по теме урока. Впрочем, как и многие мои одноклассники.

— А пойдёт у нас Ленская, — Лариса Андреевна ухмыльнулась, как будто вызвать меня к доске было делом всей её жизни.

После этой фразы учительницы, кто-то вздохнул с облегчением, кто-то что-то усердно строчил в тетради, мой одноклассник за последней партой первого ряда перекрестился.

Не подавая вида, что я не особо рада сложившейся ситуации, я встав из-за стола, двинулась к доске. Лариса Андреевна начала диктовать условия замудрённой задачи.