Избранная

Я подошла поднять упавший на бок стул и вспомнила, что должна выполнить задание директора "Бездны".

От мысли, что директор или кто-то из руководства битый час глазели на нашу с Мирой тренировку, сгрызая ногти от нетерпения, когда же я соизволю воспользоваться проклятием, мне стало забавно. Но, если без шуток, нужно выполнить приказ.

Тяжело подняв глаза на Миру, я встретилась с ней взглядом. Нежные изумрудные глаза смотрели прямо в душу, и в них не было ни капли намёка на подозрение неладного, только усталость от применения проклятия и наивная доверчивость.

Я прогнала от себя скребучее чувство несправедливости происходящего. Я не имею права ослушаться приказа. У меня нет выбора.

Я нагнала на Миру лёгкое помутнение рассудка и попробовала ненавязчиво транслировать ей мысль: "Обними меня, тебе станет лучше". Кому от этого станет лучше мне неведомо, но моя манипуляция подействовала: Мира подошла ко мне и сцепила руки в замок у меня за спиной. При этом мне показалось, что тело девушки стало холодным, а сама она, как бездушная кукла, навалилась на меня.

— Мира, — тихо позвала я.

Мира не отозвалась, да и вообще никак не отреагировала. Я попыталась расцепить руки Миры — на удивление, хватка моей подопечной оказалась железной. И это, учитывая тот факт, что у Миры хрупкое телосложение!

Не придумав ничего лучше, я решила ущипнуть Миру и залезла рукой под её пуловер, сдавила кожу на боку.

— Ай! Анна, что… — Мира опустила глаза и, увидев мою руку, торчащую из под её пуловера, тут же покрылась багрянцем, — ты делаешь?

Спохватившись, я одёрнула руку.

— Кхм, у тебя был обморок, вот я и привела тебя в чувство, — объяснилась я.

Мира, потеряв дар речи, остолбенела. Если бы не её осмысленный взгляд, можно было бы подумать, что действие моего проклятия не закончилось. Я вздохнула с облегчением и, обойдя Миру, подошла к столу, взяла расчёску, вернулась к Мире, и будто бы ничего не произошло, принялась приводить в порядок причёску Истоминой.

***

— Что там? — нетерпелось мне узнать свой результат замера у тренера.

Однако Григорий Максимович, сдвинув густые тёмные брови к переносице, гипнотизировал секундомер и ничего не говорил. Губы тренера сжались в тонкую полосочку.

Всё настолько плохо?

Наконец, Григорий Максимович спросил (хотя, прозвучало это, как утверждение):

— У тебя что-то случилось.