Чужая тень II

— Что это было, мастер? — спросил Эйвин.

— Маг высшей лиги, — предположил я, памятуя рассказанное когда-то Зэром. — Сейчас произойдёт твоя первая культивация.

— Ему нельзя поглощать обломки этого артефакта! — вмешался Зэр.

— Почему? — удивился я. — Мы же тогда все втроем поглощали артефакт старшего из братьев.

— Тогда он нарушил закон сфер. Тут ты защищался и потому имеешь право на часть артефакта. Но если Эйвин поглотит осколок маски, то...

— То за мной придёт серебряный зверь?

— О! Райс, а твой ученик быстро схватывает.

.. — Зэр не закончил фразу, но можно было понять, что там подразумевалось: “...не то что ты.”

Я встал, снова вложив в дол арбалетный болт и, подойдя к трупу мага, перстнем надавил на его теневую маску, имеющую максимальный бронзовый ранг. Тут же она раскалилась и треснула, а я положил один из образовавшихся кусков себе в рот. На моём бронзовом перстне проявились новые продольные дуги. Всего их стало четыре, отчего артефакт, ранее скромное кольцо, теперь выглядел увесистой печаткой всё еще с шестью гранями на зеленом камне.

— Шестой ранг артефакта, святая ступень бронзовой лиги, — проговорил Зэр. — С этим уже можно работать.

— Мастер, а они на вас теперь повсюду будут нападать? — осведомился у меня Эйвин.

— Да, — кивнул я, вытаскивая из груди мага болт. — Для этого мне и нужен ты. Я их еще неделю слышать не буду, благо правил в этой игре нет и я могу стрелять. А вообще бой ведется только голыми руками и магией.

— Тогда давайте покинем этот район.

Тут и без судной недели уродов много, а для нас лучше, чтобы вокруг была стража и закон, — произнес Эйвин и спрыгнул обратно в переулок.

Немного помедлив, я потянулся к напоясному кошельку мага и, дёрнув его, без труда сорвал его с пояса. Наградой мне стал и извилистый резной ритуальный ножик не больше ладони, какие можно носить с собой, не боясь стражи. Количество же доставшихся мне денег я решил посчитать позже – если, конечно, выживу...

Глава 5. Плохая сделка

— Вот тут их главная клинка, — указал Эйвин на белокаменное трехэтажное здание с остроугольной крышей, крытой красной покатой черепицей.

На уровне второго и третьего этажей висели алые вымпелы, на которых белой краской была изображена летящая вверх птица с живой веточкой в клюве. Резиденцию украшали бутафорские колонны.

Темнело. Свет горел лишь на последнем этаже, но фонарщик уже зажег настенные фонари. Центр города готовился к сытому безмятежному сну.