Воронов дар. Меняя Судьбу

— Они ворвались ночью, все в чёрном, маски треугольные, как пирамиды, только глаза и было видно, при них множество запрещённых артефактов.

Олег задумался, встал и начал ходить по комнате.

— Про такие маски никогда не слышал. А вот запрещённые артефакты наталкивают на мысль, что это могут быть все те же чернокнижники.

— Нет, не похоже. Тёмные, возможно, но чернокнижники вряд ли. Убийство родителей не походило на ритуал, скорее на месть. А сами убийцы, возможно, наёмники. Слышал про группировку Дайг-лас?

— Те, которые владеют древними техниками восточного боя? И что они забыли здесь? Разве они все не узкоглазые? Думаю, таких ты бы разглядел.

— Необязательно, по слухам Дайг-Лас существует по всему миру. Но слухи такие, что всё смахивает на конспирологический бред, а в действии их видели лишь единицы. Они никогда не действуют открыто, и никто не знает, как на них выйти. Но суть не в том, зачем Дайг-Лас убивать отца и мать?

— Их наняли, — сделал вывод Олег.

— Именно! Но вопрос: кто это сделал и зачем?

— М-да, — Олег качнул головой, задумчиво уставился перед собой.

— И очень быстро выйдешь на того, кто его написал, — усмехнулся я. — Нет, это бесполезно. Вот что лучше — я попробую решить это сам. Мне нужны деньги. Сможешь организовать? Прямо сейчас, как вернёшься домой, отправь ко мне кого-нибудь из работников с деньгами.

— Какие —такие? И сколько же тебе нужно? — Олегу явно эта идея не понравилась, но деваться было некуда.

— Пять тысяч.

— Да откуда у меня столько?! — возмущённо воскликнул он. — И вообще, с чего ты взял, что завтра эти деньги не исчезнут, как и моя память?

— Вот и проверим, — спокойно ответил я. В то, что у него этих денег нет, я абсолютно не верил. Дядя такую сумму мог за месяц в карты просадить.

— Знаешь что, Яр, мне начинает казаться, что ты всё это про будущее придумал, только вот ради того, чтобы сейчас у меня денег попросить.

— Ага, — рассмеялся я. — Конечно, придумал! Завтра вот и узнаешь. Если проснёшься и всё будешь помнить, придёшь и заберёшь деньги назад. Договорились?

— У меня только три есть, — развёл руками Олег.

— Жадность никого не красит, дядя, — с укоризной уставился я на него и добавил: — Это ведь ради нашей семьи.