Воронов дар. Меняя Судьбу

Не ощущал я ни запаха сочной весенней травы, ни дуновение ветерка, ни касаний ворона, который — я видел, но не чувствовал — положил мне лапу на щеку, будто бы хотел утешить, хотел сказать, что всё закончилось.

А затем чёрные глаза ворона слились с нависающим над нами мраком и я, наконец, провалился в глубокую и такую мягкую, уютную тьму.

***

Сердце колотилось словно взбесившейся механизм. Чужие голоса, запахи, шаги. Всё это уже было. Всё повторяется. Это сон — я твёрдо отдавал себе отчёт, что это мне просто снится. Но это было не простая игра подсознания, а реальные воспоминания.

Этот кошмар преследовал меня на протяжении всей жизни:

«Люди в чёрных одеждах, их лица скрывают треугольные, остроконечные маски, оставляющие видимыми только глаза.

Холодно. Почему-то в эту августовскую ночь по-осеннему холодно. Я хочу обернуться, призываю ипостась волка, но та дрянь, которой регулярно опаивали меня родители по наставлению врача Крюгена, не позволила перекинуться в зверя.

Я выбегаю на лестницу и в ужасе замираю.

Взгляд улавливает кусок длиной серой юбки, пухлые щиколотки, выглядывающие из-под неё. Я немного подаюсь назад и вижу тело домработницы, вывернутое в неестественной позе и лежащее в луже крови. Анфиса их увидела первой, а я тогда впервые увидел покойника.

За плечо меня внезапно хватает учитель:

— Княжич, нужно спрятаться, — шепчет он, пытается утянуть меня с лестницы.

Кричит мама. Очень быстро они оказываются в холле, её волокут двое, выворачивают ей руки так, что она едва не бьётся лицом об пол. Я бросаюсь к ней на помощь, но стоит только дёрнуться, твёрдая рука отца останавливает меня:

— Уходи с Савелием и Артемием Ивановичем, — торопливо говорит он, и на его пальцах начинают поблёскивать тонкие молнии.

— Но..., — пытаюсь я возразить.

— Уходи! — в бешенстве кричит отец и бросается в ту сторону, куда утащили мать.»

После этого живыми я больше их не видел.

Страшно, так страшно мне было лишь однажды. Наверное, потому что тогда я боялся не за себя, а за родителей. Я не посмел ослушаться отца и вместе с Савелием и учителем бежал из поместья. Бежал, пока отец пытался остановить тех людей и спасти мать, тем самым выигрывая для нас время.

Когда родителей убивали, я бежал в новый город.