Воронов дар. Меняя Судьбу

Я поднял глаза на девушку:

— А мокрая почему?

— Я убежать хотела, вырвалась и угодила в поилку для скотины, — пояснила она и съёжилась сильнее. Ей явно было холодно.

Я стащил плащ с одного из убитых, протянул молча ей, второй накинул на себя.

— Пойдём, домой тебя отведу, — сказал я. — У вас зеркало связи есть? Мне бы с родителями связаться. Далеко я забрёл, к твоему счастью.

— Зеркало есть у бабушки Дарьяны, — послушно закивала она, слезая с камня и, как-то брезгливо покосившись на него, спросила: — Они меня в жертву принести хотели?

— Полагаю, что да.

Девушка сначала рассердилась, видимо, оскорбившись такой наглостью, но, всё же догадавшись, почему именно я спросил, закивала. Потом отрешённо уставилась перед собой, кажется, осознав в полной мере, какой участи только что избежала.

— Всё сходится, — сказал я, начав ходить по рву и ворошить ногой листву.

Где-то он наверняка должен быть. И вот он нашёлся, прямо напротив алтарного камня — похожий на пень деревянный идол тёмного божества, которого вкопали в землю верх ногами.

А ещё меня интересовало, происходило ли это в прошлом, потому что я подобного происшествия решительно не помнил. Но, скорее всего, если это и происходило, значит, после завершения ритуала тело девушки так и не нашли. Да и мало ли простолюдинок пропадает в этих заброшенных деревнях? Её, скорее всего, даже искать бы никто не стал.

Я сорвал амулеты с мёртвых, прихватил ритуальный кинжал, а после велел девушке:

— Веди в свою Боровку.

Она посильнее закуталась в плащ, закивала и начала выбираться изо рва. Очень скоро мы вышли на узкую тропинку, шли в молчании, несколько раз моя спутница начинала тихонько плакать, видимо, вспоминая пережитое. Я подметил, что она довольно юная, не больше пятнадцати, а, впрочем, при нынешнем раскладе, она моя ровесница. Чтобы как-то отвлечь её от плохих мыслей, я завёл разговор:

— Как зовут тебя?

— Мира.

— Ярослав.

— Как нашего княжича, — неуверенно усмехнулась она, потом добавила: — Странное имя для ромала — Ярослав. Ты ведь, получается, ромал, если оборотень?

Да уж, Мира, мало ты знаешь об оборотнях ромалах. Они бы вряд ли стали тебя спасать, скорее закусили бы попутно и тобой, и теми ублюдками. Но я не стал говорить ничего. Родители всеми силами пытались скрыть от общественности моё пробудившееся проклятие.