Воронов дар. Меняя Судьбу

Завидев меня, они начали остервенело рвать глотки, некоторые, те что помоложе, испуганно пригибали морды к земле и скулили.

Колдун бросил в мою сторону быстрый насмешливый взгляд.

— А паренек-то оборотень, — протянул он будто-то бы осуждающе.

— Верно, — холодным тоном ответил отец, — ты имеешь что-то против, колдун?

— Нет, не имею, — ворчливо проговорил он — просто псинки мои его вмиг почуяли. Молодняк, вон, аж перепугался, как духом волчьим повеяло.

Один из волкодавов, самый крупный, разъярённо лая, бросился на решетку так, что весь вольер ходуном заходил.

Мой волк внутри напрягся, настороженно приготовился в любой миг завладеть мною и наброситься на противника. Я поспешил его успокоить, оборачиваться сейчас я точно не собирался.

— Чужаков они конечно не любят, но волк — это их заклятый враг, — скрипуче рассуждал колдун, жестом указав нам на крыльцо и призывая следовать к дому. — Значится, в венах вашего сына течет кровь ромалов, а также чародейская сила, — он снова окинул меня хитрым взглядом.

— Мальчонка ваш очень необычный. Вы пришли ко мне за чем? Хотите избавить его от проклятия? Ему это не надо, — он категорично взмахнул рукой, — для него это дар, а не проклятие!

— Нет, мы не за тем приехали, — холодно отчеканил отец.

— Ошибся значит, — проскрипел старик, нехорошо посмотрел на меня, но почему-то дальше не стал расспрашивать о целях нашего визита, а резко сменил тему: — Знаете откуда взялось проклятие ромалов?

И я, и отец прекрасно знали эту легенду, но старика останавливать никто не стал, к тому же, судя по ему поблескивающему взгляду, рассказать ему очень хотелось, поэтому он начал дребезжащим голосом:

— Это случилось давным-давно: ойра тогда еще была настолько дивным явлением, что он ней мало кто знал, а родовых чар не было и в помине.

Сильные чародеи рождались повсеместно, как темные, так и светлые. Тогда в мире еще царило равновесие.

Последняя фраза резанула меня по ушам. Видимо, все темные считают, что чародейские семьи сломали какое-то призрачное равновесие, не позволив им спокойно творить свои чудовищные обряды.

И откуда они только берут эту ересь про равновесие?

Тем временем колдун продолжал говорить: размеренно, с расстановкой и интонацией, и этот рассказ ему явно доставлял немалое удовольствие, как будто бы он хранил эту историю всю жизнь, и вот ему наконец выдался случай ее кому-то поведать:

— Произошло это одном маленьком княжестве, здесь, на востоке.