Солнечная воительница

С тех пор, как тебя взяли в плен, многое изменилось – и далеко не к лучшему, но пока мы не придумаем, как собрать Клан воедино, придется довольствоваться ею.

– Как бы там ни было, это хорошее место для начала. – Изабель помолчала, а потом выпалила на одном дыхании: – Мари, прости меня за дерзость, но не могла бы ты омыть нас сегодня еще раз? Я знаю, что третья ночь еще не наступила, но многие из нас так давно не видели живую Жрицу Луны, что это было бы просто замечательно.

– Почему бы и нет? Или это сделает Зора, пока я ухаживаю за ранеными.

– Прости меня. Я не хочу прибавлять тебе работы.

Мари замотала головой.

– Не извиняйся. Я не хотела отвлекаться, просто этот ветер такой странный – такой тревожный. Кто знает, в какую сторону идет этот жуткий огонь?

– Да какая разница? Главное, чтобы он не перекинулся на территорию Клана.

Мари сердито покосилась на Изабель. Та простодушно смотрела на нее своими оленьими глазами. Ей все равно. Пусть хоть все Племя сгорит – ей все равно! Внезапно Мари поняла, что всего несколько недель назад она подумала бы точно так же. Но теперь она знала Ника и Лару, Кристал и Капитана, Маэву, Фортину, милого весельчака О’Брайена. Теперь они для меня реальные люди – реальные люди и псы, и представлять, как они гибнут в огне, невыносимо. Особенно Ник… Ник…

– Мари, прости меня.

– Я не уверена, что «не то» – подходящее выражение. Я понимаю, что ты думаешь о Племени. Они схватили тебя. Взяли в рабство. То, что они сделали, непростительно. Но я встречала некоторых членов Племени, и они вовсе не показались мне чудовищами – и тогда я поняла, что у нас с ними больше сходств, чем различий.

Изабель медленно кивнула. Она открыла рот, чтобы ответить, но ее прервал резкий голос Серены.

– Изабель! Клану нужно отдохнуть.

Изабель и Мари обернулись и увидели, что Серена остановилась, а остальные женщины последовали ее примеру. Они были измучены и обессилены; несколько человек уже уселись на землю, опустив головы и пытаясь отдышаться.

– Серена, об отдыхе нужно спрашивать не меня. Наша Жрица – Мари, а не я, – сказала Изабель твердо и громко – так, чтобы ее услышали все.

Женщина нехотя перевела взгляд на Мари.