Серебряный медведь

Еще взмах!

Второй телохранитель сполз спиной по штукатурке, цепляясь многочисленными заклепками, украшавшими его куртку по дурацкой моде Браилы.

Плешивый колдун сделал движение, словно без воды «умывал» руки.

И страх сразу исчез. Растворился без следа.

Его светлость обмяк и едва не упал в обморок. Но глава тайного сыска успел поддержать будущего владыку Сасандры под локоть. Дель Гуэлла сообразил (он всегда отличался живым умом, что, собственно, и помогло продвинуться по службе), что страх — не что иное, как чародейское наваждение, иллюзия, вызванная мэтром Жорэмо.

— Я бы очень просил вас, господа волшебники, — проговорил он ледяным тоном. — Вы меня премного обяжете, если не будете так шутить без предупреждения.

Примус, не сдерживая гаденькую улыбочку, спрятал кулаки в рукавах балахона.

— Почему, господин Министр? Неужели вам стало немного страшно?

«Вот сволочь! Он, кажется, все подстроил нарочно. Постарался выставить и меня, и герцога в невыгодном свете.

— Не скрою, я испугался, — старясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, проговорил дель Гуэлла. — Но, будучи контрразведчиком, сыщиком, по долгу службы я приобрел неприятные навыки. Например, я могу всадить нож в горло напугавшему меня, а уж потом выяснить, что он делал это лишь движимый желанием прихвастнуть новыми умениями. Но зарезанному все равно, так ведь?

Он замолчал, наслаждаясь произведенным впечатлением.

— Признаюсь, — сипло выплюнул глава Круга. — Мы не подумали. Приношу извинения от своего имени и от имени коллег.

— Принимаю, — не стал заострять противостояние т'Исельн.

— И вы, ваша светлость, тоже простите.

— Ну что вы, — делла Пьетро небрежно отмахнулся. — Не стоит извинений!

Он на удивление быстро пришел в себя.

«Молодец. Еще раз убеждаюсь, что не зря сделал ставку именно на тебя», — дель Гуэлла мысленно похлопал герцога по плечу.

— Но скажите мне, господа чародеи, — продолжал делла Пьетро, — как же мои телохранители? Они так и будут здесь лежать? Кстати, что вы с ними сотворили, мэтр Примус?

— О, ваша светлость! — залебезил чародей.