Быть орком Часть II. Мир с изнанки

– Я пять лет ждал…

Д`зырь фыркнула и с удвоенной силой принялась выдирать кольца из стены. Слушать кого бы то ни было было большей пыткой, чем физическая и душевная боль.

- Не узнала? – усмехнулся он, и Д`зырь бросила на него более внимательный взгляд. Таких жутких серых скелетов, живых лишь по усмешке богов, она точно никогда не видела. Такого не забудешь. – Узнала? – допытывался доходяга.

- Да как ты смеешь со мной разговаривать! – вспылила Д`зырь, тут же пожалев об этом. Нервы сдают, плохой признак. Еще хуже то, что она позволила другим об этом догадаться.

- Говорю с равной! – заносчивым тоном выпалил тот, и этот голос на секунду окреп, налившись эхом былой удали с отголосками звона битв и славного прошлого.

Будто лезвием тоски огрело вожакиню. Перестав дышать, она всматривалась в то, что осталось от ее напарника, генерала и легендарного героя Двенадцатой Армады – Г`дора.

- Узнала, - хрипло засмеялся герой и снова закашлялся. – Не буду спрашивать, где ты пропадала столько лет, - его голос садился с каждым словом.

- Что? – эхом откликнулась Д`зырь и бросила тревожный взгляд в узкое окошко, в которое было невозможно что-либо разглядеть. Но память услужливо подкинула ей воспоминание: там, в садах Е-ё, еще сегодня утром (а как будто вечность назад), она отметила непривычное положение солнца относительно второй луны.

"Скелет" лишь рассмеялся, уходя вглубь своей камеры.

- День нашей смерти, - все же донеслось до нее, будто из могилы.

И будто только этого ответа и ждали: загрохотали замки и двери.

Охранники грубо вытолкали пленников из их временных «жилищ» и это был хоть какой-то шанс дать отпор. Но едва расстегнули оковы, Д`зырь выпала из них безвольной куклой, будто из нее кости вынули… Не пожалели артефактов, изверги!

.

Дорога на свежий воздух не была усыпана лепестками и меховыми коврами. Весь этот медленный путь бывший соратник, а нынче, злостный мучитель Г`дор долбил ее мозг историями с ужасающими фактами. Все то, что она пропустила – все эти смерти и поражения за поражением, предательство и обман Е-ё! Он будто мемуары писал все эти годы в собственной памяти, и напоследок решил их срочненько зачесть перед смертью, чтобы переложить со своей головы на здоровую.