Быть орком Часть II. Мир с изнанки

А эти, как глупые горожане, просто пялились на них, не делая попыток выразить ей свое уважение.

К тому же, самый старый из них, очевидно, главный, сделал шаг назад, трусливо прячась за спину самого рослого. Главный ли он тогда? Зато вот этого мускулистого мужчину еще можно было бы принять за охранника, судя по его габаритам. Но все его обывательские повадки выдавали в нем «пустышку» - такие «статуэтки» водились во дворце Е-ё. И все их предназначение было в том, чтобы услаждать взор и украшать покои Главной.

Зато, когда Старый «спрятался», двое других в черных балахонах сами вышли вперед, прикрыв собой самого мощного. Ни команды от старого, ни слаженности в движениях у парочки, Д`зырь опять же не увидела.

Поглядев в их подкрашенные черным глаза, Д`зырь демонстративно выступила вперед, прикрывая собой своих попутчиков - рабы и помощники были бесценны, чтобы ими жертвовать в первую очередь.

- Кто вы? - крикнул Усатый из-за спин товарищей, и этим все решил. Этот язык орки не знали.

«Иноземцы!»

Д`зырь, издав боевой клич, прыгнула в их сторону, выуживая огромный меч, который произвел неизгладимое впечатление на мужчин. Макс мог бы поклясться – он не видел, откуда тот взялся. Из воздуха, не иначе!

Парни бросились врассыпную.

Отвесив направо и налево тычки по «балахонам» (те попадали скошенными деревцами), вожакиня приземлилась на самого рослого, повалив его на землю. Сжав мощными коленями бычью шею, она приставила лезвие к шее «главного». Усатый точно так же валялся, как и все остальные, вот только свалился на песок сам – от страха и неожиданности.

Ни слова не говоря, она сузила глаза, ожидая, когда иноземцы начнут верещать от ужаса.

Так и случилось. Наперебой, Макс и Учитель принялись умолять и уговаривать не убивать их, решив, что товарищи-неофиты пали смертью храбрых в этом неожиданном нападении.

Д`зырь дернула плечом и Ризан`на понятливо поспешила к ней, таща за собой плененного парня - пинком заставила того пошевеливаться со своей недоэльфийской магией.

Вернее, совершенное непонимание. Эти иноземцы твердили про окончание старого года, про начало нового года, про три дня волшебного времени, про не очевидные случайности и остальную подобную ерунду.