Отмеченный сигилом 2. Сибар.

— Эко ж тебя угораздило! — посочувствовал стражник и пнул каблуком массивную дверь. — Открывайте, засони!

— Кто там еще приперся? — послышался недовольный голос.

— Любители сакры от наиба, — ответил чубатый и подмигнул Лаену. — Кусок велел мне сопровождать их.

Лязгнул засов и в щель просунулась заспанная и помятая харя. Обведя мутным взглядом пришедших, харя невнятно поинтересовалась:

— А че мало так? Остальные где?

— Тебе какое дело? — разозлился охранник. — Хочешь, Куска позову, сам у него и спросишь?

— Да, ладно, ладно… че взъелся то? Вот, возьми ключи…

… Вниз по ступеням спускались неожиданно долго, но в итоге провожатый с факелом вновь зазвенел ключами и все троица оказалась посередине мрачного коридора, в стенах которого через равные промежутки располагались окованные металлом двери узилищ.

— Ну? — требовательно спросил чубатый и протяжно зевнул.

— Что «ну»? — огрызнулась молчавшая доселе Лань. — Записи о каторжанах где?

— Тьфу, Драшника ты печаль! — выругался вздрогнувший парень.

Посветив куда-то себе под ноги и заметив деревянный ящик, он вытащил из него несколько листов дешевой ребристой бумаги. — Та-ак… щас найдем, первый этаж, значится.

— Дай сюда, грамотей! — рыжая выхватила из его рук листы. — Сама смотреть буду… Нет, ты читай мне! — сунула она кипу, не ожидавшему того Лаену.

Заметив, что спутник знахарки тоскливым взглядом пытается разобраться в корявой мешанине слов и имен, провожатый снисходительно подсказал.

— В первой тебе, да? Ты не смотри, где имен много, — те кучей сидят, значит наши, местные.

Их нельзя трогать, родственнички хватятся. Ваших, — многозначительно выделил чубатый. — Заведомо по одиночке держим.

— А, вон оно как! — наконец сообразил негоциант и ткнул пальцем в листок, где в графе значилось лишь одно имя. — Веди вот к этому.

— Лиходей из Арвина, — заглянув в списки, тут же отозвался чубатый. — Идите за мной.

Лязгнул замок и дверь в камеру распахнулась. Внутри оказалась такая теснота, что едва помещался соломенный тюфяк и отхожее ведро.

На подстилке скрючив ноги сидел худощавый молодой человек запущенного вида и ногтями пытался выскрести вшей из шевелюры.

Лаен заглянул в бумаги.

— Так… сознался, что прибыл из столицы Заозерья в составе банды под предводительством некоего Крысы… ага. Утверждает, что в Арвине прислуживал некой группе лиц, называющей себя «искателями предков», которая состояла из молодых отпрысков знатных семейств.