Легенда о Лазаре 7. Нежелательный элемент

Осмотрев здание с помощью магии, он заметил много больше необычного, чем сказал Фаусту. Озвученные странности были самыми очевидными, теми, что смог бы заметить даже не обладающий магией пёстрый мечник.

Сам Лаз смог отметить ещё и полное отсутствие в гостинице живности, включая мышей и тараканов, продуктов в кладовой, даже малейших крошек, а также следов пыли.

Всё это даже по отдельности было достаточно странно, а вместе без сомнений говорило о том, что к такому состоянию здания кто-то приложил свою руку. Более того, способности этого неизвестного были непостижимы для Мастер Метаморфоз.

Как бы ни старался, он не мог понять, за счёт чего всё это работало, что могло лишь одно: это было результатом работы другого Мастера, причём обладавшего очень необычными и даже интригующими способностями. Не было ничего удивительного в том, что Лаз, любивший и ценивший магию во всех её проявлениях, был так взволнован.

А потому, когда время перевалило далеко за полночь, а никаких признаков таинственного Мастера всё не было, молодой человек начал чувствовать несвойственное ему обычно раздражение.

К счастью, ему хватало выдержки, чтобы со всё тем же невозмутимым выражением сидеть на стуле у стенки, поглаживая лежавшую у него на коленях Принцессу. И только давно знавшие его люди вроде Айны и Фауста могли понять, что внутри Лаз уже приближается к точке кипения. Что, определённо, было не слишком хорошо.

- Может быть, ты что-то напутала? - пёстрый мечник присел около Сайлы, которая связанная сидела, прислонившись спиной к барной стойке.

Суккуба уже хотела открыть рот, чтобы ответить, но тут вдруг от дверей послышался чужой голос.

- Пленница ваша всё помнит верно, не стоит её подозревать во лжи.

Повисла неловкая пауза.

- Опаздываешь, - Лаз первым подал голос.

На вид незнакомцу было лет сорок. Он был не слишком высок, примерно одного роста с Айной, с длинными, до плеч, рыжеватыми волосами, очень смуглой, прямо-таки бронзовой кожей и необычным разрезом глаз, из-за которого казалось, что он постоянно чем-то расстроен.

Одет он был в просторный мешковатый балахон, на ногах – красные сапоги, на руках – тонкие перчатки красной же кожи, вокруг шеи – длинный шарф с кисточками, в ушах красовались серёжки в форме игральных двенадцатигранных костей.

- Ваша правда, приношу свои извинения, - незнакомец вежливо поклонился. - Давно никто не появлялся в этом месте, потому едва я не пропустил вашего появления.