Ветер из Междуморья. Книга 1. Джай

Он с удивлением подумал, что в тот день, когда они с Эрием перебили смаргов и стали ожидать эффа, мечи не просили его убить соратника. Почему? Сейчас же он готов был на все, лишь бы напоить «братьев».

Где-то очень-очень глубоко теплилась искорка сожаления - он не хотел убивать. Может междуморец отобьется? 

Время замедлилось, Адонаш оказался лицом к лицу со своим противником. Но междуморец стоял прямо, опустив меч, не атакуя, а внимательно разглядывая Адонаша. Пламя Мастера Оружия загорелось в глазах нового соседа-противника, но оно было спокойным и ровным, не излучая ненависти.

Адонаш же ненавидел! Так, словно именно этот человек лишил его всего, словно именно междуморец убил его отца, бросил его в яму. Гнев захлестнул его, и Адонаш, слушая, как поют клинки: «Напои нас! Убей! Кровь пусть прольется! Спляши, Тигр, спляши!», - напал…

Что сделал междуморец, он так и не понял: молниеносным движением перехватил его руки, вывернул, и оба меча Адонаша оказались у врага, свой же клинок, тот отбросил.

 

Адонаш стоял пораженный, зрители заулюлюкали и засвистели минуту спустя, когда разглядели, что произошло, а междуморец застыл, прикрыв глаза. Адонаш был выброшен из состояния, в котором мог повелевать временем. Теперь он в руках этого человека, которого только что ненавидел, и жаждал убить. Совершенно беспомощный… И Биеркон сейчас завершит его жизнь. Как же он ловок и быстр!..

Но вместо того, чтобы напоить «братьев» кровью своего же хозяина – Адонаша, междуморец улыбнулся и произнес:

- Злые клинки» Они немало попили крови! Ты до сих пор ни в чем им не отказывал? Вот возьми, послушай теперь, - он протянул межи Адонашу рукоятями вперед, обращая на рев толпы, требующей покрошить наследника-демона на мелкие кусочки, не больше внимания, чем на лающих собак.

 

Адонаш принял мечи, Сила привычно хлынула в руки, он услышал песню, но та была совершенно иной. Братья подчинялись, а не пытались подчинить, они готовы были служить ему… «Мы принесем тебе победу! Кого назовешь врагом, крови того мы напьемся.

Танец наш опасен, мы когти сражающегося Тигра!» Ненависти он не испытывал, ум был свободен и чист, кровавая пелена не плясала перед глазами. 

- Я изменил песню, - улыбнулся междуморец, поднимая свой клинок. – Думаю, сражаться нам незачем. Начнем веселье?

Адонаш не ответил - настолько он был поражен. Кто это такой?

- Эй, Киилист!.. – закричал междуморец громко, громче, чем можно было ожидать.