Ветер из Междуморья. Книга 1. Джай

- Слушай меня, Киилист! – вдруг резко, но по-прежнему без ненависти, раздражения или ярости, спокойно произнес междуморец. – Я предоставляю тебе возможность. 

Киилист застыл, выпучив глаза, изумленный его наглым тоном.

- Ты даешь мне слово, что отпустишь на волю всех своих рабов и Одаренных и неодаренных, в Шиисинсе, в Тиангисе, в Байтше, в Ниидиске, в Чатане, да и во всех городах, где у тебя есть ямы. Мне, видишь ли, не по нраву, когда убивают для развлечения толпы. Золота у тебя достаточно, голодать ты не будешь.

Киилист не мог произнести не слова - его душил смех. Охранники вторили ему. Адонаш же огорчился: жаль, что новый сосед не в своем уме, но ведь человек здравомыслящий не стал бы такое плести.

- Вот это да!.. – наконец, выдавил из себя хозяин, отсмеявшись. – Никогда подобного не видел! Чаще всего, вы – Мастера Смерти, крайне угрюмы, агрессивны и нелюдимы, ты же, как я погляжу – весельчак! Или просто сумасшедший? Что ж это к лучшему. Может, выкинешь чего интересного в яме ко всеобщему удовольствию зрителей. Так значит, уничтожить купленных мною дорогих тварей?.. Закрыть ямы?.. Отпустить всех рабов?..

Междуморец кивнул с легкой хитрой улыбкой на губах.

- А что взамен? Мне интересна степень твоего безумия: обычно тот, кто лишается разума полностью, не понимает значения слова «следка». Ты понимаешь?

- Посмотри на меня, - Пленник усмехнулся шире, - я – междуморец. Сделка – у меня в крови! Взамен – ты будешь жить. Более того, я не стану унижать тебя перед всеми Правителями Хвоста Дракона, коих ты собрал в Шиисинсе. И не стану отдавать собранное тобою золото твоим же рабам. Проживешь остаток жизни в мире и благоденствии, и даже с чистой совестью, что не многим дано.

Киилист снова подавился смехом. 

Адонаш прикрыл ладонью лицо и опустил голову... А он ведь только начал привязываться к этому междуморцу. 

- Еще одна такая выходка, и я стану сожалеть, когда тебя убьет Тигр. Ты можешь рассмешить до коликов в животе. Это талант!

- Подумай… - Междуморец стал серьезен, хотя выражение его глаз, наверное, никогда не бывало серьезным. – Я тебя предупредил.