Остров

Второй же ребенок был квартероном, в нем кровь предков мешалась в соответствии с законами генетики, и черты Прародителя вовсе могли отсутствовать. Старшая кровь и Младшая.

Больше детей у этой семейной пары быть не могло. Чтобы избежать вымирания, полукровки не образовывали прочных семей, расставаясь после передачи детей в интернат. Чтобы через несколько оборотов образовать новую пару и родить новых старших и младших.

Обычно участь младших линий была незавидна. В обществе полукровок к квартеронам относились пренебрежительно.

Нессе повезло. Или не повезло, как посмотреть. Ее мать Шелисса, будучи в молодости такой же авантюристкой, как и Несса, во время испытаний получила тяжелую травму, из-за чего долго не могла иметь детей. А когда все-таки забеременела, спайки начали лопаться и кровоточить. Старейшие думали, что она не сможет родить. Или родит мертвых.

И лишь отец Нессы, верил он Старейшим или нет, до конца оставался с Шелиссой. Он не позволил вытравить плод, хотя совет клана настаивал и даже грозил.

Старший ребенок родился мертвым.

Такое бывает крайне редко, демоническая половина, даже не осознавая себя, цепляется за жизнь. Отбирает силы у младшего, тянет соки из матери. Чаще мать умирает во время родов, но старший появляется на свет здоровым.

А тут все пошло не так.

Горе отца и отчаянье матери можно было понять. От Шелиссы остался почти скелет, шелковистая кожа стала пергаментной, вены толстыми веревками опутывали бывшую красавицу.

Рикал, уже мысленно смирившись с перспективой получить на руки сразу три трупа — жены и двоих детей, — сначала не поверил глазам. Лекарь был совершенно озадачен, но приличествующей случаю маски скорби на его лице не было.

— У вас дочь, — произнес он, с усилием растворяя оболочку стерильных перчаток. — Младшая.

— А...

— Жива. Предки улыбнулись тебе.

— Да... Только улыбка вышла кривой.

Лекарь пожал плечами:

— Мы никогда не можем знать, на что намекает голос крови. Малышка выжила, хоть это и невероятно. Думаю, ее ждет интересная судьба. И, предвижу, ей удастся многое.

Когда Нессу показали бледному призраку, что остался от красивой и сильной ард’шасс, третьей в своем роду, мать не колебалась ни мгновения:

— Моя! — Она попыталась протянуть руки к дочери, но сил хватило лишь двинуть кистями.