Добро пожаловать на Аврору!

Нет ничего сложного в том, чтобы рубануть по шее человека, склонившегося над телом убитого. Но еще чаще мы отсиживались в тени уцелевших домов, пропуская группы наемников.

Повсюду валялись тела местных и нападавших, но первых было намного больше. Я не помнил имена всех убитых жителей городка — кого-то я до этого вылечил, у кого-то учился, а с кем-то просто здоровался каждое утро. В одной из улочек мы нашли тело шамана. Безобидному деду отрубили руки и загнали в глаз его же собственную трубку. На секунду-другую я задерживался возле каждого погибшего НПС — мысленно желал им лучшего в следующей жизни и пополнял копилку моих претензий к Хранителям.

У стелы возрождения Вождь сражался сразу против десятка скелетов. Бок о бок с ним дрался дух-защитник деревни, здоровенный волчара. Это была, по сути, последняя линия обороны — если погибнет волк, нападавшие активируют стелу, и клан Хранителей станет владельцем поселения.

Вождь еле стоял на ногах. Полоска жизни сдвинулась в красный сектор, броню покрывали трещины, а отростки темной материи, которые он использовал вместо мечей, мерцали, периодически теряя форму.

Он развалил очередную партию скелетов, подозвал волка и нетвердой походкой двинулся к Алисе, которая была в числе нападавших. Но та лишь засмеялась, произнесла заклинание, создав вокруг себя костяной защитный купол, и небрежно махнула рукой в сторону Вождя. Сначала ничего не произошло, я даже подумал, что колдовство не сработало. Но рядом охнула Ксоко, и мы увидели, как из темноты за спиной Алисы медленно выходят четыре механических носорога. Нагнув рог к земле, один бросился на Вождя, остальные на волка.

Я дернулся к ним, но Ксоко удержала меня.

«Нет, не надо», — беззвучно прошептала она.

«Я должен».

«Вождю сейчас не помочь. А если ты умрешь, то не помочь никогда».

«Надо хотя бы увести их отсюда. Я отвлеку, собери кого сможешь, и встретимся на болотах».

Я смотрел в зеленые глаза Ксоко — продукт цифрового кода и фантазии какого-то гейм-дизайнера — и думал: если бы кто-нибудь еще месяц назад сказал мне, что я буду тесно общаться с девушкой-НПС и без слов понимать ее, то я бы рассмеялся.

Когда она скрылась в темноте, Вождь уже упал. Я выскочил из-за дома с криком: «Алиса, миелофон у меня!» Не дожидаясь ответа, сделал несколько выстрелов и бросился в темный переулок. Обернувшись на бегу, увидел, как удивленная Алиса направила в мою сторону мехрогов, и пытался понять, откуда во мне родилась эта фраза.