Всего лишь я

В следующий миг Кайс остолбенел, и рухнул лицом вперед. Если бы не мягкий ковер с длинным и упругим ворсом, то ходить бы ему с разбитым лицом. А так — ничего. Лежит, мычит что-то.

Трафо дернулся было в сторону друга, желая помочь, но Ганут величавым жестом остановил его.

— Ничего страшного, — заверил он Трафо и всех остальных, — как только Кайс немного остынет, я верну ему его тело. А пока — пусть полежит, и если хочет расслышать все то, что я намерен сказать, то ему стоило бы прекратить мычать.

Удивительно, но, не смотря на свой несносный характер, Кайс замолчал, резонно предположив, что все равно не в силах что-либо изменить.

Действительно, чего он может добиться своим мычанием?

— И теперь о самом главном, — Ганут окинул всех серьезным взглядом. — Абсолютная карта не одна. Их две. Я знаю точно, у кого одна из них. И также знаю, как и знает Трафо, что гибнут собиратели из-за второй.

— Трафо? — вопросительно посмотрел на затихшего парня Нукт. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— И я бы послушала, — согласилась с воином Тайа.

Приглушенное мычание с пола могло означать только одно — Кайс также не прочь послушать.

Глава 14

— …вот и все, — закончил свой недолгий рассказ Трафо. — Я не думал, что эти видения могут что-то значить.

— Ага, — сарказм Кайса ощущался физически. — На его глазах уничтожен маг, и не только он. Убит, стерт с лица земли мощнейшей магией, и это ничего не значит. Трафо, брат ты мой непутевый, уясни уже наконец, что в нашем с тобой мире, мире собирателей, нет ничего незначительного.

Трафо потупил взгляд, соглашаясь с товарищем. Действительно, надо было задуматься. Тем более что видения были настолько реалистичными, что принять их за сон можно было, только если самого себя уговаривать.

— И кто же виновник этих смертей? — подала голос Тайа.

Ганут усмехнулся, и то была самая невеселая улыбка, когда-либо видимая Трафо.

— Имя еговам ничего не скажет. Оно для человеческого уха не предназначено. Скажу так — это очень древний маг.

Такой древний, что может с легкостью соперничать со мной в продолжительности жизни, если наше с ним состояние можно назвать жизнью, разумеется. Что касаемо меня, то я предпочел одиночество и знания. Он же не захотел такой участи, и выбрал путь уничтожения, ради одной высшей цели — обладание двумя абсолютными картами.

— Зачем они ему? — поспешил спросить Трафо.

— Зачем? У него есть одна, он хочет и вторую. Он же собиратель как-никак.