Дочь некроманта

Дуотты то ли купили, то ли выменяли труды, посвященные тому, чем они сами не занимались, – магии смерти. После чего древние рукописи множество веков пролежали без движения – змееголовые не нашли им применения даже в черные дни собственного разгрома.

Что потом произошло с означенными титанами, манускрипты повествовали скупо. Вроде бы они сумели найти дорогу прочь из закрытого Эвиала и покинули его, пройдя великим звездным путем куда-то за пределы ведомого мироздания. А чтобы их наследство не досталось бы никому, они затопили свой остров, так что не осталось ни малейших следов, которые не отыскать, опустись ты даже на дно морское.

Это было интересно, но не больше; у ученика дуоттов имелись куда более насущные дела и вопросы, которые следовало разрешить. И которые он разрешал – до того мига, когда за ним пришли посыльные хозяев Последнего Прибежища.

Его ввели в заклинательный зал, и он мимоходом удивился числу собравшихся здесь дуоттов, – вдоль стен выстроились едва ли не все обитатели древнего замка.

Тихо-тихо, на самом пределе слуха, шелестел тысячеголосый хор, повторявший одно-единственное слово на языке дуоттов – человек, естественно, не знал его значения, но отчего-то по спине его пробежала дрожь. Он уже давно не боялся никого и ничего, смело шагал в неизведанные области той же некромантии, заставившие бы трепетать от ужаса любого другого мага; но тут ему впервые за все проведенное в Последнем Прибежище время стало не по себе.

И притом очень сильно.

Он остановился.

– Что смущает тебя? – проскрипел голос справа.

– Ты устрашился неведомого, человече? – проскрипел голос слева.

– Нельзя колебаться, нельзя колебаться, – подхватили все остальные дуотты, стоявшие вдоль стен.

– Я не понимаю, – начал было он, однако его тотчас прервали.

– Магия крови, человече, магия крови. То, что мы не можем ни постичь, ни воспроизвести. Это дар только вашей расы, почему – мы не знаем. Hо сегодня мы хотим положить конец нашему незнанию, – торжественно-скрипуче провозгласил старый дуотт, выступая ему навстречу: тот самый, что в свое время встретил его, пришедшего проситься в ученики.

Человек на миг напряг мускулы и снова расслабил их.