Окаянный груз

Войцек успел выгнуться, опираясь плечами на землю, и встретить напор лесника слитным ударом обеих ног. Одна подошва врезалась бородачу в живот, а другая в ребра, ближе к грудине. Лесник качнулся назад и порубежник, зацепив его ступней под колено, опрокинул навзничь. Навалился сверху, добивая лежащего локтем.

Великан вяло отмахнулся растопыренной пятерней, целя Войцеку в глаза.

Сотник без труда поймал его за палец и выкрутил до хруста. Бородач жалобно взвизгнул и попытался вырваться. В ответ на его потуги Войцек резким движением сломал зажатый в кулаке палец.

Лесник рванулся так, что на мгновение сбросил с себя противника. Перевернулся на четвереньки и попытался встать.

Войцек ударил его ногой в локоть, роняя обратно, ворочаясь в пыли, как огромный жук-навозник, вскарабкался на спину скулящего мужика и бил, бил, бил его по темени и затылку.

Остановила Войцека боль в собственных разбитых кулаках.

Лесник не подавал признаков жизни, напоминая скорее не человека, а груду старого тряпья.

Меченый медленно слез с поверженного великана и встал на дрожащих ногах.

Его поразили совершенно различные выражения на лицах. Если Хмыз, Грай и Хватан глядели одобрительно и несколько сочувственно, то Глазик и пан Стадзик Клямка выглядели равнодушными, словно видели подобное не один десяток раз. Может так оно и было? Кто знает? А вот студиозус Ендрек, виршеплет из Выгова, побелел и не скрывал ужаса. У бывшего торговца Миролада тоже тряслись губы.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув для того, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, Меченый несильно ткнул лесника сапогом:

— У.

— Да вроде живой... Не убил, — осторожно заметил Хватан.

— У... у-уберите его... — наконец выговорил сотник и, не оглядываясь, пошел в тень.

— Ендрек! — донесся сзади голос Грая. — Помоги пану сотнику! Чего там с руками... Шилодзюб, воды и тряпок!

Войцек прижался спиной к шероховатой, прохладной коре дуба и блаженно закрыл глаза.

— Пан сотник, пан сотник.

Ендрек опасливо протянул руку, намереваясь потеребить командира за плечо, но так и не решился. У его ног стоял котелок — надо полагать, с водой, через руку свисал чистый отрез полотна.

— Лечить пришел? — сотник улыбнулся разбитыми губами.

— Надо, пан сотник... — замялся парень. — Хотя бы промыть...

— Добро.

Войцек кивнул, протянул ладони:

— Слей.