Кровь эльфов

Программист тоже подошёл. Неспешно так.

Мимо них пролетело горящее тело гнильца. Врезалось в скалу позади, мгновенно потухло. Потом ещё один шмякнулся. Огоньки в тумане особенно те, что успели уползти подальше, гасли один за другим. Что-то там было.

Топот усиливался. Приближался. Земля уже вовсю прыгала под ногами. Валера едва успел заметить, как горящее в тумане дерево полетело прямо в них. Он пригнулся, пытаясь уклониться. Но то, пронеслось над их головами, тоже ударилось в скалу и плюхнулось в лужу. Зашипело. Огонь потух.

Парень обернулся. И тут же вздрогнул.

— Ого, — заворожено прошептал Чизман, — студент, ты только не дёргайся, — он аккуратно выхватил у него ружье.

— Приветствую тебя, — их спутница развела руки в стороны, — мое имя Лиландель, я королева эльфов, — она изящно поклонилась, — возможно, ты не помнишь меня. Но я видела твое изгнание...

— Я помню, — ответил древо, — каждый миг своей жизни. И я помню, что ты хотела увидеть, как я сгораю.

— Оу, — неуклюже повела плечами девушка, — я была глупой любопытной малявкой, — наивным тоном произнесла она, — никогда не хотела тебе плохого.

— Ты принесла сюда огонь.

— На нас напали гнильцы. Они не хотели уходить — пришлось защищаться, — эльфийка воткнула факел в мокрую землю. Тот зашипел и погас.

— Зачем ты пришла?

— Мой трон захватил самозванец. Он хочет уничтожить всё, что было у нас. Природу, её служителей и даже наш народ. Поэтому мне нужна помощь. Помощь того, кто готов защищать нас, — она поклонилась, — в это тёмный час — ты нужен нам.

— Что ж, — ответил Древо, — ты, наверняка, знаешь мои условия.

— Да, ты будешь требовать свободу своим братьям. И я, в отличие от своей матери, понимаю тебя, — сладким тоном продолжала девушка, — еще тогда, во время твоего изгнания, я думала, почему наши народы должны жить так? Почему великие и мудрые Древа влачат жалкое существование? Помоги мне вернуть трон и тогда — я освобожу вас.

— Нас?

— Ну да. Всех древ!

— И древней.

— Хорошо. Но не трентов! — тут же спешно махнула рукой та, — они слишком глупые.

— Ух, — выдохнул древо, — твои речи сладки, но я не верю тебе, Лиландель. Твоя мать была коварна. И её семя не может быть другим. Если ты действительно запомнила миг моего изгнания — назови мое имя. И я пойду за тобой.

— Это было давно! — возмутилась та, уперла руки в бока, — я была маленькой девочкой, у которой на уме одни шалости!

— Назови мое имя. Или я уничтожу вас всех.