Кровь эльфов

А та как раз говорила, как у них принято готовить дворфов. Где у них самое вкусное место и прочее. Тогда ему казалось, что речь идет о выживании, а не об обычной эльфийской кулинарии.

— Еще мы никогда не заключаем союзов. Ведь любой из них это уступки, — Ярин вновь плюхнулся на стол и погрозил пальцем, — а эльфы никогда не идут на уступки. Мы либо уничтожаем, либо подчиняем. И наш лес разрастается дальше, поглощая чужие земли, — он посмотрел в сторону окна, каким-то даже мечтательным взглядом, — знаете, когда-то было всего с пяток доменов, а теперь их целых одиннадцать.

Думаю, с королевой Лиландель их станет ещё больше. Наш лес разрастется на весь мир...

— Не думаю, — процедил Чизман, — знаешь, мне кажется, ты лжешь.

— Лгу? С чего ты взял? — удивился эльф и пригнулся к нему, — я говорю правду. Это и есть наши эльфийские ценности. Жрать всех, убивать и всячески показывать свою силу и величие. Именно это всё и нарушил король. Начал какую-то дипломатию, запретил поедать непрошенных гостей, запретил делать вылазки.

Даже что-то там про «вернуть часть территорий леса людям» было. Почему-то решил, что нам нужно вдруг стать добрее. Стать возвышенным народом, что несет мудрость остальным, — Ярин поморщился, — представляете, я даже запомнил этот бред. Вот поэтому Лиландель и жаждет его смерти. Хочет вернуть всё назад. Выгнать чужаков из нашего леса. А может быть и не выгонять вовсе. Надо же закатить пир, после победы, — он улыбнулся. Кровожадно, по-звериному, — а вы помогли ей в этом. За что я вам очень благодарен. Так что живите....

— Нет, — программист резко вскочил, — лорд Лориэн говорил...

— Ах, этот, — эльф покачал головой, — с тех пор как почувствовал свою смерть, он стал таким тюфяком.... Поначалу даже примкнул к новому порядку. Хвалил его. Пока Янтарный домен не оказался в опасности. Тогда-то он сразу сообразил, что правильно, а что нет. Но, видимо, не до конца, — Ярин рассмеялся и щёлкнул пальцами, — я лично всадил ему пяток стрел в грудь, — глянул на программиста, — если королева сказала сидеть на месте, значит, надо было сидеть.

— Он мёртв? — Чизман рухнул обратно в кресло, потрясенно глянул на Валеру. Тот молча кивнул.

— Конечно, — Ярин поднял брови, — я убью всех, кто перечит моей королеве, — процедил он, — и я очень хорошо стреляю. Поэтому от меня не сбежишь.

— Значит, ты лучник? — недоуменно спросил парень, глянув на того. Ему-то показалось, что это какой-то охранник. Поставлен, чтобы сторожить их.

— Лучший из лучших.