Молли Блэкуотер. Остров Крови

– Дайте себе волю и ничего не бойтесь! – властно приказал Дорсет. – Кровь ваша обращается огнём – жгите, Рой, жгите! Желание должно воплотиться!

– А-ах-х-х! – Бейкер захрипел, задёргался в цепях. Маркиз поспешно отстранился.

– Пошло! – крикнул лорд Кавендиш.

А старый герцог Норфолк аж подскочил в своём кресле.

Молли ничего не могла поделать.

Кисти рук магика по имени Рой Бейкер побелели, словно раскалённая сталь. Задымились рукава изорванной рубашки, вверх, к плечам, устремились огненные змейки.

Молли закричала. Слёзы покатились сами собой, градом – от ужаса и бессилия.

Пополз жуткий запах палёного. В широко раскрытых глазах старого герцога заплясали огнистые блики, и весь амфитеатр словно превратился в додревний пыточный подвал, где инквизиция добивалась «признаний» от схваченных ведьм…

Бейкер закричал тоже, высоко, тонко, забился в цепях. Сила вырывалась на свободу, та самая сила, что дотла сжигает магика в его последние мгновения; его и всех тех, кому не повезло оказаться рядом.

Руки его горели, огонь перекинулся на волосы, удивительным образом не трогая лицо и грудь. От босых ступнёй пламя устремилось вверх, вцепилось в оборванные штанины. Он горел – и во все стороны хлестала дикая, несдерживаемая сила.

И очень он напоминал сейчас огнистую тень магика, что мчалась на зачарованной дрезине во тьме подземелий Норд-Йорка.

Молли даже не заметила, как зашевелились, задвигались странные воронки, окружавшие старого герцога Норфолка. Поднялись, развернулись, пододвинулись на длинных рычагах поближе к огню, словно жадно разинувшие пасти диковинные змеи.

И огонь потёк в них. Огонь потёк, а маркиз Дорсет вдруг возник рядом, в руках – нечто вроде кочерги, которой он и принялся тыкать в обречённого Бейкера.

Тот кричал по-прежнему, магия убивала его мучительно, и Молли видела в его ещё живых глазах запредельный ужас – магик всё понимал. Истекающие вовне сила и жизнь пламенной эманацией вливались в широкие пасти воронок и…

Шипение огня.

Дурнота ударила в голову свинцовой волной – Молли сражалась, она была в боях, в конце концов, убивала сама и видела, как орудует большим ножом госпожа Старшая.

Но тогда это было для защиты других, тех, кто не мог защититься сам, для спасения семьи и друзей…

А здесь – словно настоящее людоедство. Людобойство.