Аяда. История демонолова. Том 1

Аяда, Миллиан и Стиффард уставились на Кассандру, ожидая, что же скажет она. Девушка стояла с отрешенным видом, пытаясь найти слова, которые бы точно выразили ее мысли.

Она широко улыбнулась:

- Знаете, в моей жизни было столько несчастий, которых я хотела бы избежать, что единственное мое желание – это не попадать больше ни в какие неприятности.

Стиффард даже и не сомневался, что Кассандра скажет нечто подобное. Он заметил, что каждую новую напасть она переносит тяжелее, чем предыдущую.

- То есть вы хотите просто прийти к Милдаре и сказать: давай не обращать друг на друга внимания? – в голосе Аяды прозвучала нескрываемая издевка.

- А что в этом такого? – ответил Миллиан.

Все-таки Мил, проживший слишком долго в одиночестве в Тариллике, плохо разбирался в людях, хороших и не очень.

- Миллиан, х’эба дэн, - давно Кассандра так не злилась, - если ты хочешь умереть с сосулькой в сердце, то, пожалуйста, иди к императрице Милдаре. Никто тебя не держит.

Боясь, что Кассандра продолжит грубо ругаться, Стиффард закрыл ей рот рукой:

- Она имела в виду, Мил, что Милдара, в отличие от тебя, не хочет мира. Не правда ли, Кассандра?

Девушка не ответила. Она понимала, что действительно лучше молчать, чем говорить такому впечатлительному индивиду, как Миллиан, всякие гадости. Кассандра кивнула, подтверждая слова мастера. В растерянности Мил почесал затылок.

- И что тогда, война? Нам с ней надо воевать?

- В лучшем случае, только с ней, - вставила Аяда.

Ох, не сыпала бы она соль на рану – вздохнул про себя Стиффард, заметив, что стихии едва заметно заволновались. Неужели от одного упоминания о демонах?

Вдруг Миллиан сильно нахмурился и завизжал, как раненный пес. Стиф поддержал пошатнувшегося друга.

- Что с тобой, Мил? – мастер похлопал побледневшего Миллиана по щекам. А Кассандра в это время прощупывала его пульс. В возрасте Мила сердце прихватывало и не по таким случаям.

Но магу стало плохо по другой причине.

- Я в порядке, - он помахал рукой. – Правда, в порядке. Я и не думал, что пентаграмма будет так резонировать.

Стиффард и Кассандра с подозрением переглянулись. Мил заметил их растерянность и, слегка улыбнувшись, пояснил:

- Если кто-то попытается пересечь границы пентаграммы, то маг, поставивший ее, чувствует магическое возмущение, так называемый резонанс.

- И что это значит? – высоко подняв бровь, спросила Кассандра.