"Гарем" Лорда

Даже на расстоянии нескольких шагов от него мускусно и очень едко разило потом. Еще через шаг гигант полуобернулся во всю ширину своих хоть и жирных, но могучих плеч. Еще раз оценивающе оглядел Лорда. Словно окончательную мерку снимал. Виктор ответил ему все тем же отрешенно-отсутствующим взглядом.

До конца не веря в свою удачу девушки ошарашено переглянулись. Похоже даже Элен - упорно пытавшуюся казаться невозмутимой и бывалой с самого момента знакомства - пробрало не на шутку.

Однако тириец уходил. Отдалялся от них.

Опасность отступала с каждым шагом…

Ева перевела дыхание. Рядом то же самое, но гораздо шумнее, сделала Брен. Элен усмехнулась, снова натягивая свою обычную маску видавшей виды оторвы. Правда усмешка эта показалась Еве не слишком-то естественной. Виктор по-прежнему оставался все так же задумчиво-непробиваем.

…Не ожидавшее от тирийца смены направления, людское море вокруг снова пришло в движение и заколыхалось. Даже те, кто не стоял непосредственно на пути гиганта, а просто находился поблизости, резво отшатывались в сторону.

Слишком уж весомой и пугающей была репутация этих тирийских дикарей. Поговаривали даже, что во время последней войны среди них не только не считалось предосудительным, а скорее было в порядке вещей - людоедство. Неужели же теперь: в нынешних катастрофических обстоятельствах - они погнушаются человечиной?

- Я забираю эту женщину себе, - наконец остановившись, проревел тириец. - Да не тебя, корова! – сверкнув крупными белыми зубами, шуганул он встрепенувшуюся, покрасневшую и ознобисто затрясшуюся, не слишком примечательную худощавую женщину среднего возраста, - Ишь, обрадовалась! Засуетилась.

Но ты не огорчайся – кто-нибудь и до твоих прелестей доберется. Дай только срок.

Гигант указал на выбранную жертву большим пальцем, который и на самом деле был очень большим.

Его соплеменники и заключенные засмеялись. Гнусно и плотоядно. Пробираясь поближе сквозь вновь замеревшую толпу и похотливо окидывая взглядами объект внимания могучего варвара.

Смех был разным. Земляки обезьяноподобного хохотали с еле заметным, но все же улавливаемым налетом угодливого подобострастия, как и принято смеяться над шутками более высоко находящихся: начальства, командиров, главных, старших, самых сильных и опасных.

Арестанты же гыкали вполне себе искренне. Большой тириец не приходился им никем – у них была своя стая и свои вожаки, просто сама ситуация и его шутка на самом деле показались им забавными.