Месть Империи. Братство Астарты

— Ее работа! Вот вы скажите, человек такое может?

В разговор влез патрикий:

— Где же вы ее поймали?

Ранди наконец-то удостоил коротышку взглядом и, сделав внушительную паузу, принялся повторять явно уже неоднократно рассказанную историю:

— Мы отбили ее у сардов. Два десятка конвоя, но Лава… — Он довольно покачал головой. — Ох, он и хитрющий! Мы их так зажали… Они бились, как звери, до последнего. Представляете, сардийцы, а все полегли — никто деру не дал, даже не попытались. Все полегли, а у нас ни одного погибшего.

Устав разбирать жуткий варварский акцент, Иоанн перебил венда:

— А что она сама-то говорит?

— Да ничего! Сама она ни слова не произнесла. Вот уже неделю как молчит, но двое пленных, пока еще живы были, называли ее ведьмой и кляли по-всякому, а еще слушок был, будто везли ее к самому Хозрою, царю Сардии. По доброй ли воле или нет — не успели ничего сказать, сильно изранены были, померли. Так вот, пока мы эту ведьму вязали, она успела одного нашего ножом пырнуть, а мне вот брюхо расцарапать.

Ранди замолчал, посматривая на слушателей. Не найдя достойного, как ему показалась, внимания к своему рассказу, он развернулся и пошел к кострам, откуда доносились возбужденные голоса варваров.

Иоанн внимательно присмотрелся к связанной женщине.

— Ведьма! И не скажешь — не старая совсем, даже миловидная.

Не договорив, цезарь отскочил, как ужаленный. Ведьма внезапно подняла голову и вперилась в него желтыми глазами с кошачьими зрачками:

— Иоанн! Сын Димитрия Корвина. Потомок Корвина Жестокого, первого царя Туры.

Она говорила медленно, словно повторяла за кем-то малоразборчивый текст, но цезарю было не до этого — он был ошарашен. Потомок царя Корвина — да он сам о себе такого не знает!

— Откуда ты знаешь? Кто ты такая?

Он почти кричал ей в лицо, но ведьма не отвечала, и глаза ее вновь закрылись.

— Вы видели? Слышали?! — Иоанн судорожно схватил Прокопия за рукав, и тот успокаивающе сжал его руку.

— Не забивайте себе голову, мой господин. Подслушала наш разговор, сложила одно к другому и ловит вас на крючок. Она же ведьма, не забывайте.

Иоанн все же засомневался:

— А Корвин? Мы про Корвина не говорили, да и про отца тоже.

— Цезарь, не будьте ребенком.